?

Log in

No account? Create an account
Элмаз
Ингуши ислам приняли всего около двух столетий назад. До этого они молились силам природы, просили помощи у единого бога - Дяла.
Каждый народ вписывает в свою историю яркие личности. Нередко в процессе времени они обрастают легендами. Последний величественный жрец древней религии ингушей – Элмарз-Хаджи Хаутиев – легендами обрасти не успел, так как еще живы люди, соприкасавшиеся с ним и они повествуют о нем как о личности и простой, и сложной, и земной, и загадочно-космической.
Родился он в ауле Шоан, что у входа в райски живописное Шоанское ущелье.
О раннем периоде жизни Элмарза рассказов не сохранилось, и достоверно не известно, как он стал жрецом. Известно только, что жрецом мужчина мог быть только в зрелом возрасте, не ране сорока лет. Жрецом Шоанского ущелья он пробыл около 80-ти лет. Уже давно все ингуши приняли ислам, а Элмарз все продолжал соблюдать древние обряды. Он в одиночестве выносил на площадку перед храмом свой священный белый флаг на шестигранном шесте увешанном колокольчиками – земной символ верховного бога Дяла и возносил древние молитвы, или уходил в Хевсуретию, где молился вместе с хевсурами. Он исступленно повторял, что не предаст веру предков до смерти. Но в 1873 году Элмарз, ста семнадцати лет от роду, замуровал свой священный флаг в стены святилища и долго молился, прося прощения и пощады у древних богов, которым он служил 77 лет. Затем Элмарз выкинул свою любимую трубку и удалился в потайную горную пещеру. Там он пробыл сорок дней в совершенном одиночестве, ничего не ел и только пил студеную родниковую воду. Так он, подобно древним пророкам, прошел очищение. Выйдя из пещеры Элмарз объявил народу, что принимает ислам. Последний ингуш, последний величественный жрец (цув-инг.) Элмарз Шоанский оставил религию предков и стал мусульманином.
Об Элмарзе память людская живо рассказывает как о человеке необычном, щедро одаренном Всевышним. Ему было доступно провидение, неведомые нам и сегодня космические знания. Он часто повторял, что связь времен исчезла навсегда, похоронив знания древних. Ему доступна лишь крошечная пылинка на кончике иглы этих знаний. Но даже эту пылинку он не может показать людям, так как они не готовы к восприятию. И постоянно предупреждал: «Берегите горы, не покидайте их. Если у вас будут горы – будет и равнина».
Не все верили в то, что Элмарза принял ислам. Хотя он вместе со всеми ингушами и соблюдал мусульманские обряды, но в языческие празднества уходил в Хевсуретию и там совершал древние языческие обряды. Видно это перепутье между двумя верами мучило его и в 1905 году он решает совершить хадж в Мекку. Средства для осуществления этой цели он собрал, продав на дорогу более ста баранов и двух быков. Перед хаджем Элмарз опять совершает свой обряд очищения. В течение двадцати пяти ночей близкие каждую ночь помогают ему становиться под ледяные струи бурной горной реки. Он сбрасывает половину своего веса. В селение Мецхал, где собирались горцы, отправляющиеся в Мекку, на коне прискакал красивый, легкий, стотридцатидевятилетний мужчина. На прекрасном любимом своем скакуне Элмарз сделал несколько кругов перед селянами. Затем, без чьей-либо помощи сошел с коня, заложил плетку за луку седла, отдал уздцы внуку Мами и велел отвести коня домой. Людям сказал, что он прощается с конем, так как больше никогда его не увидит. Присутствующие поняли его слова как предсказание его собственной смерти. Всю дорогу до дома конь Элмарзы плакал, роняя слезы. А вскоре, не дождавшись хозяина, умер.
Элмарз весь положенный путь в Мекку прошел, не утруждая никого из более молодых паломников. По дороге им встречались толпы нищих и Элмарзу потрясло совершенное безразличие к ним турков и арабов. Сам он еще на пол пути раздал бедным почти все, что имел. Месячное плавание по морю перенес спокойно, не считая морской болезни, которой мучились и другие его спутники.
В Мекке он познакомился с шейхом Мекки курейшитом Джамалейлом. Это знакомство было очень интересно и одному и другому. Позже Джамалейл присылал Элмарзе письма. Одно из них долгое время хранилось у племянника Элмарзы.
Возвращавшегося из Мекки Элмарзу приветствовали толпы людей из ингушских сел, а Хеси Льянов зарезал быка в его честь. Теперь уже никто не сомневался, что Элмарз на самом деле принял ислам. Но что происходило в душе у Элмарза, отпустили ли его древние боги, ведомого только ему. Через два года после своего возвращения из Мекки Элмарз вдруг объявляет: ему было видение, где прозвучало, что его предыдущий хадж не совсем полноценный, так как якобы при расчете за 100 баранов при прошлом хадже он получил денег на одного барана больше. И потому надо совершить второй хадж.
В 1908 году стосорокадвухлетний Элмарз совершает второе паломничество в Мекку вместе со своим родственником Андихаджи Дзауровым. В Мекке его приглашает погостить у себя шейх Джамалейл. В течении трех месяцев Элмарз и Джамалейл с интересом общаются друг с другом. Элмарз подробно изучает правила ислама. Много интересного от Элмарза узнает и Джамалейл. В Мекке Элмарза хорошо подлечили лучшие мекканские лекари. Потом по распоряжению Джамалейла его довезли до моря и посадили на корабль. На этот раз Элмарз вернулся домой умиротворенным. В последние годы Элмарз жил тяжело, Ослабленный, больной Элмарз плел из прутьев корзину под кукурузу – доа (сапетка). Его спросили, зачем он это делает. Элмарз ответил. Что не может сидеть без дела. Когда жители Шоана ежемесячно делали «сагIа» (пожертвования) Послали за ним людей, на пол дороге он очень устал и сообщил людям, что в последний раз встречается с ними: через неделю он умрет. Как и предчувствовал, через неделю Элмарз умер. В Шоане ему установили чурт (надмогильный камень). После выселения ингушей в 1944 году хевсуры сломали чурт с его могилы и приспособили под мельницу.
Берегите Горы, сказал он перед смертью " потеряете Горы, потеряете свою Землю". Умер в Элмарз-Хаджи Хаутиев в 1925 году ему было 157 лет.

Из материалов Азы Базоркиной.
Ahmed  Huchbarov
Даже через пятьдесят лет после смерти выдающегося ингушского повстанца и бескомпромиссного борца с партийно-чекистской деспотией в XX веке Ахмеда Сосиевича Хучбарова «спецхраны» и архивы КГБ-ФСБ не подпускают к материалам, проливающим свет на тьму лжи, фальсификаций и истерической риторики (в которой так поднаторели историки в штатском нескольких поколений советской и постсоветской историографии), окутывающей эту историческую фигуру.
Собранные нами по крупицам сведения и материалы, тем не менее, складываются в достаточно целостную, а главное – убедительную в своей нравственной и моральной правде картину жизни и деятельности тираноборца из Гули.
Считаем наиважнейшей для современных исследователей, занимающихся историей противостояния тоталитаризму в СССР, задачу выявления и всемерного почтения памяти тех фигур, которые десятилетиями в прошлом веке втаптывались в грязь и ложь обвинительных текстов, вопиющих по своей несправедливости и цинизму судебных приговоров карательных ведомств всех уровней.
Государство осуществляло подобным образом преступление не только перед отдельными инакомыслящими и инакодействующими, физически уничтожая и морально, психически ломая их. Оно, это преступное государство, вымарывало из истории имена лучших и непокорных коммунистическому рабству, правду о них, искажало и деформировало нашу национальную историю и адекватное знание о том, что на самом деле происходило в несчастной стране, в маленькой ее части – Ингушетии, с самим ингушским народом.
Засекреченная и тайная история ингушского национального сопротивления внутри советского застенка постепенно выходит из темных запасников на авансцену так же, как история антисоветской, правозащитной деятельности ингушской политической эмиграции.
Эти два потока общего национально-освободительного движения в истории народа XX века были представлены лучшими и мужественнейшими патриотами, последовательными борцами с коммунистической деспотией.
Наша исследовательская позиция концептуально и методологически базируется на том, что октябрьский переворот 1917 года и советская власть породили «уголовно-террористическое государство фашистского типа… Адвокату Ульянову, получившему известность под фамилией Ленин, удалось создать партию агрессивного и конфронтационного характера, «партию баррикады»... Именно Ленин возвел террор в принцип и практику осуществления власти. Массовые расстрелы и пытки, заложничество, концлагеря, в том числе детские, внесудебные репрессии, военная оккупация тех или других территорий – все эти преступления начали свою безумную пляску сразу же послеоктябрьского переворота… Организатором злодеяний и разрушения России является Иосиф Джугашвили (Сталин), подлежащий суду, как и Ленин, за преступления против человечности».
Не только эти двое, но и «интеллигентнейший» Бухарин в одном из писем 1928 года в дичайших по своему аморализму словах цинично подводил некие итоги кровавой большевистской свистопляски в изнасилованной стране: «Мы проводим эксперименты на живом теле народа... Точно как студент-первокурсник работает над трупом бродяги, который он раздобыл в анатомическом театре. Вчитайтесь хорошо в нашу Конституцию. Там откровенно сказано, что нас не интересует Советский Союз, не его составные части, а борьба против мирового капитала и мировая революция, которой мы жертвуем страну. …Здесь у нас, где мы абсолютные хозяева, мы совершенно никого не боимся. Страна, изнуренная революциями, войнами, болезнями, голодом, - это средство опасное. Но роскошное... Не существует в России ни одного дома, где бы мы не убили, так или иначе, отца, мать, дочь, сына, какого-нибудь близкого родственника или друга. Ну что ж? Зато Феликс (Дзержинский. – М.Я.) спокойно разгуливает по Москве без всякой охраны, даже ночью…».
Террористическое государство не продержалось бы столько лет без эффективно действующих карательных служб. Как пишет в своем труде А.Н. Яковлев, «партии постоянно приходилось делиться властью с политической полицией. …Промыванием мозгов занималась партия, а непосредственным орудием насилия была охранка».
С политическим инакомыслием на Кавказе, в Ингушетии в частности, советская власть расправилась довольно скоро: идеологи независимой Кавказской Конфедерации всех национальностей ушли в эмиграцию, кадровые военные, уцелевшие в огне гражданской войны, последовали туда же, небольшая их часть затаилась и растворилась по всей территории Северного Кавказа и России.
Хозяйственно-экономическое удушение и уничтожение религиозно-духовной национальной жизни длилось практически весь период советской власти.
В Ингушетии (как и в Чечне) по существу никогда не было прочно укорененной советской власти, особенно в горах. Коллективизация была встречена «антиколхозными выступлениями» и способствовала массовому исходу крестьян-собственников в партизанское движение, имевшее ярко выраженный антисоветский характер.
Вооруженная борьба социально и политически активной части ингушей с советской властью осуществлялась в период активизации регулярных кампаний борьбы с так называемыми кулаками, т.е. зажиточными крестьянами, с «религиозно-мулльскими элементами» и особенно жестко – в период депортации народа оставшимися в горах партизанскими отрядами (Хучбарова и других). Естественный, природный протест ингушей против органично враждебной по своей социальной и духовно-нравственной сути системы сразу же, еще на заре коммунизма, определил парадигму их исторической судьбы в лоне советского государства как национальную катастрофу.
Как сказано в фундаментальном исследовании по репрессиям в СССР, проведение курса форсированной индустриализации и коллективизации сопровождалось массовыми арестами, депортациями крестьян, разорением их хозяйств, на которые крестьянство отвечало восстаниями. «Террор был одним из важнейших методов создания колхозов. Он выполнял функцию запугивания крестьян, которые, опасаясь разделить судьбу репрессированных односельчан, стиснув зубы, шли в колхозы. …Вместе с тем свою роль при «раскулачивании» играли такие мотивы, как сведение счетов между самими крестьянами и злоупотребления местных чиновников, многие из которых превращались в обыкновенных грабителей. …Коллективизация сопровождалась закрытием церквей, арестами священнослужителей, глумлением над религиозными чувствами крестьян, что еще больше накаляло обстановку. На насилие крестьяне ответили восстаниями, убийствами местных руководителей. В январе 1930 г. ОГПУ зарегистрировало по СССР 400 массовых выступлений, в феврале – 1048, в марте – 6528. …По данным ОГПУ, в 1930 г. 176 выступлений крестьян носили «повстанческий характер». Этим термином обозначились широкомасштабные организованные восстания, которые охватывали порой целые районы и приводили к свержению Советской власти».
Крестьянская, сельскохозяйственная Ингушетия (как и вся деревенская, «лапотная» Россия) подверглась прямой, жестокой военной оккупации сразу же после воцарения Советов, потому что Красная Армия, согласно Ленину, «на девять десятых была создана для систематических военных действий по завоеванию, отвоеванию, сбору и свозу хлеба и топлива». В Ингушетии этому активно сопротивлялись. Поэтому властью применялись особые методы. Как пишет А.Н.Яковлев, «В местностях, особо … «зараженных бандитизмом», вводились чрезвычайные органы управления – политкомиссии, сельские и волостные ревкомы. Было решено рассматривать эти районы как «занятые неприятелем» и «приравнять в смысле важности и значения к внешним фронтам периода гражданской войны». А это значит – порки, пытки и расстрелы без суда и следствия. «Они (чекисты. – М.Я.), – свидетельствовал М. Лацис – безжалостно расправлялись с этими живоглотами (крестьянами), чтобы отбить у них навсегда охоту бунтовать».
Одним из таких внешних фронтов для Советов была и Ингушетия. В 20-х годах, затем в 30-х – (это подтверждают архивные источники) с небольшими перерывами проводилась настоящая военная оккупация ингушской земли. «Здесь орудовали вооруженные отряды (спецподразделения ОГПУ. – М.Я.). На их вооружении были артиллерия, броневики и даже аэропланы. Они занялись упрочением «социалистических» порядков в деревне, по сути же – государственным мародерством».
Из документов РГВА , опубликованных не так давно в журнале «Военно-исторический архив» (Выпуск 2. 1998; Выпуск 8. 2000) и посвященных повстанческой проблематике Ингушетии, Чечни, Кабарды и Карачая, словно из кровавых лоскутов, высвечивается страшная картина перманентных жесточайших репрессий в отношении ингушей и других народов на протяжении всего ленинско-сталинского периода. С 1921 по 1932 годы на территории юго-восточной Ингушетии и юго-западной Чечни по существу шла война с теми, кто не принял, не признал советскую власть и сражался с ней до последнего вздоха.
Из этих документов также очевидно, что ингушские, чеченские, кабардинские и карачаевские повстанцы были «солидарным объектом» для карательных чекистских операций, проводимых силами и средствами регулярной армии и спецподразделений.
Так, в «Информационной сводке Терского областного ЧК о положении в Чечне в связи с ростом повстанческого движения от 18 февраля 1921 года» среди прочего говорится: «В районе Сунженской линии со стороны ингушского населения ведется агитация по станицам, что Совет(ская) власть к 1 марта будет свергнута. В Шатоевском районе банды повстанцев в горной Ингушетии от Ведено отступили за селение Сержень-Юрт…».
Об интернационализме повстанцев говорит тот факт, что руководителем одного из самых крупных отрядов, эффективно действовавших в 20-е годы в Ингушетии, Чечне, Осетии, Кабардино-Балкарии, был кабардинский князь Темирхан Шипшев . Подтверждение этому мы находим в ряде документов. Например, в «Информационном обзоре штаба 9-го стрелкового корпуса о развитии бандитизма в районах дислокации частей корпуса в июле-сентябре 1924 года»: «Главарь бандитских организаций в Ингушетии, Кабардино-Балкарской и Осетинской (областях) Т.-Х. Шипшев также в течение этих трех отчетных месяцев после грабежей возвращается в Чеч(енскую) область…». Или в «Выписке Президиума Всероссийского ЦИК от 5 апреля 1923 г.»: «Бандитского элемента много как своего, так и пришлого – ингуши и кабардинцы район ничем себя, кроме бандитизма, не зарекомендовал – к сов. власти относится недружелюбно и даже враждебно. В 1923 году в с. Кий во время полевой поездки эскадрон 28-ой дивизии чуть было не подвергся нападению – заблаговременно успел сняться… Селение Кий как база кабардинских бандитов особенно заслуживает внимания. Влиятельное лицо – Тока Хаджи Поскичев, крупный богач, антисоветски настроенный (его сын Мед Тагиров убил начальника Владикавказского ГПУ т. Штыба)».
В упомянутой «Выписке» приводится подробнейший план очередной спецоперации по которому как на ладони просматривается характер и методы войны ГПУ против горцев-повстанцев.
Согласно этому плану, операция была тщательно спланирована и технически хорошо подготовлена. Против 18 повстанцев (всех национальностей) только на ингушские села Кий, Кашхой, Хутор Кереты в Галашкинском районе и в несколько чеченских сел выступили «по приказу комвойск в составе группы тов. Володзько: конницы – 230, пехоты – 150, всего – 380 (человек. – М.Я.)».
Оригинал взят у evkurov в "Бурановские бабушки" на ингушском языке

На открытии одного из крупнейшего в мире мукомольного комплекса в Ингушетии, мне очень понравилось выступление солистов казачьего хора из сельского поселения Нестеровское, выступивших с песней "Бурановских бабушек" на ингушском языке. Номер получился самым зрелищным и ярким.
Рекомендую посмотреть.


бурый медведь


Э.А. Шебзухова, К.К. Хутыз





Современные исследователи, такие, как Честин (1991) и Кудахтин (1992), считают, что на Кавказе обитает единая полиморфная попу- ляция медведей, где выделяются, по крайней мере, три формы медведей, чётко различаю- щихся по черепам, между которыми отсутст- вуют переходные формы.
Охотники различают два характерных вида медведей. Один несколько меньше по величине и с менее широкой головой, имеющий на шее полосу белой шерсти в виде ошейника, более кровожадный, именуемый местными жителями
– стервятником, другой же – бурый медведь. Отметим, однако, что К. Сатунин отмечал, что белый ошейник часто бывает у обоих видов и не только в малом возрасте, но и во взрослом.
По сведениям бывалых охотников, окрас медведей бывает самым разнообразным. Мы встречали медведей чёрно-бурой и светло- бурой окраски, жёлто-бурых и рыжеватых. Рас- сказывают, что медведи с тёмной окраской встречаются редко, вероятно, потому, что с возрастом их шерсть приобретает более свет- лый цвет, хотя известны случаи, когда охотни- ки добывали старых медведей, не потерявших свой тёмный окрас.
Следует добавить к описанию медведей и то, что цвет их весною и летом приобретает более светлые тона.

Откуда появился на Кавказе этот вечный бродяга – крупный и лохматый, грузный и одновременно проворный хищник? Обратимся к далёким временам.
«Кавказ издавна принято считать мостом, – пишет А.В. Лерхе, – по которому в ледниковый период шло переселение европейских живот- ных в Азию и обратно. Так, зубр, по предполо- жению русских зоогеографов перебирался из лесных полос Европы и Сибири через Балкан- ский полуостров и Малую Азию ещё в то вре- мя, когда не существовало Босфора, и Малая Азия непосредственно соединялась с Балкан- ским полуостровом. Кроме зубра, из Европы на Кавказ проникли медведи и многие виды се- мейства куньих…» [8.7] Хотя, как далее отме- чает тот же автор, характер фауны Северного Кавказа всё же в значительной степени азиат- ский.
Древние люди не отделяли себя от всего животного мира. Они думали, что звери их слышат и понимают. Поэтому в своём пред- ставлении древний человек классифицировал животных в три мира – «Верхний», «Средний»,
«Нижний». Дикие животные «Среднего мира» образовывали явно выделяющуюся группу зве- рей, связанных с охотой. В древнехеттской тра- диции дикие животные «Среднего мира» объе- диняются под общим названием «Животные



богов». И в этом списке на втором месте после волка значится медведь. [4.430]
Древние охотники добывали медведя, мясо которого употребляли в пищу. Так на древней Ильской палеолитической стоянке были обна- ружены останки двух пещерных медведей. Ос- танки пещерных медведей были найдены в Ба- ракаевской, Даховской, Ахтырской и Ворон- цовской стоянках древнего человека. Как ви- дим, пещерные медведи водились как на За- падных склонах Предкавказья, так и в Причер- номорье.
В период плейстоцена на Кубани обнару- жены: ранний мамонт – близ станицы Динской; длиннорогий зубр – под станицей Крыловской; под Краснодаром «извлечено почти пять целых скелетов малых пещерных медведей». Черно- морское побережье Кавказа в плейстоцене бы- ло, по-видимому, весьма удобно для населения палеолитических охотников. Обилие узких до- лин и ущелий, пригодная для ночёвок тяжело- весных копытных береговая полоса примор- ских террас, защищённых как с севера, так и с юга, наконец, обилие пещер, заселённых пе- щерными медведями, способствовали успеху загонных охот на крупного зверя. [3.93] Этот же ученый считает, что «бурый медведь (Uzsus azctos) появился в верхнем плейстоцене. Мед- ведь, поднимающийся на дерево, изображен на серебряном сосуде из Майкопского Кургана. [3.265]
Действительно, яркая и самобытная Май- копская культура, зародившаяся на Северном Кавказе в ранний период бронзового века, отра- зила и дикий животный мир того периода. В знаменитом Майкопском Кургане среди разных бесценных реликвий было найдено 17 сосудов, среди которых выделялись два серебряных с выгравированными на них рисунками. На од- ном из них изображён горный ландшафт, со- стоящий из трёх горных цепей, среди которых выделялись две особенно высокие горы с дву- главыми вершинами. Между горами изображе- ны два дерева и стоящий на задних лапах мед- ведь. Здесь же мы видим изображение лошади, быка, козла, дикого кабана и пр.
Известный след в древней истории Север- ного Кавказа оставили носители Кобанской культуры, проживавшие в Центральной и Предгорной полосе в конце бронзового и нача- ле железного веков и продвигавшиеся отсюда

на Северо-Западный Кавказ, в Прикубанье, по крайней мере с рубежа II-I тыс. до н. э. И в эти времена, по свидетельству В.И. Козенковой, охотники, обитатели предгорий Чечено- Ингушетии, интенсивно охотились на медведя, наряду с такими дикими животными, как косу- ля, кабан, волк, лисица, куница и всевозмож- ными птицами. [6.86]
Человек не расставался с медведем и в бо- лее поздние времена. Богат и разнообразен жи- вотный мир, отображённый в памятниках меот- ской культуры. Об этом свидетельствуют на- ходки в местах проживания меотов (Келерме- стский, Костромской и Ульский Курганы, от- носящиеся к VII-V вв. до н. э. и другие много- численные меотские захоронения). Меоты в широком ассортименте изготавливали различ- ные кувшины, горшки, миски, чашки, сосуды, а гончары-художники украшали керамику не только замысловатыми орнаментами, но и изо- бражениями животных. Среди них достаточно часто встречаются образы медведей. В те вре- мена охотники использовали копья, стрелы, дротики с железными наконечниками, а в охоте на медведя могли применять и железный меч.
Медведь почитаем, был и в средние века. Очень интересную композицию с изображени- ем сцены охоты на оленей и медведей отыскал археолог Ф. Сысоев. Это изображение высече- но на Гупском кресте, датируемом ориентиро- вочно X-XII вв. В нижнем луче кремневого креста мы видим многофигурную композицию в древне-адыгском стиле, с рисунками двух оленей и двух медведей, собак, всадника с саб- лей и двух пеших лучников. [9.77]
Значительное место занимает медведь в мифологии адыгов. В сказках и сказаниях он рядом с человеком, часто появляется и в обы- денных ситуациях. То медведь уносит ребенка в лес, кормит его оленьим жиром и медом («Ба- тыр сын медведя»), то в ответ на то, что чело- век вытащил занозу из его лапы, приносит ему много меда («Как вылечили лапу медведя»), то за то, что охотник убил льва, который съел медвежат, медведь отпускает охотника («Охот- ник и медведь») и т.д. Немало охотничьих бы- лей, связанных с этим хищником, передается из поколения в поколение. В одном случае, охот- ник пробует белый корень травы, недоеденной медведем, засыпает в пещере и спит до весны. Его верная собака не оставила своего хозяина,



осталась с ним и умерла от голода. А когда, че- рез три месяца охотник, пробудившись от дол- гого сна, вернулся домой, его с трудом узнали аульчане. В другом рассказывается о том, что охотник перерезал лиану, чтобы медведь не смог быстро залезть на дерево, и вследствие этого зверь в битве с кабаном-секачем погиба- ет, а охотник, убив затем того кабана, добыл, таким образом, двух зверей.
Встреча с медведем считалась приметой начала доброго и счастливого пути. При встре- че с медведем охотники или путешественники не стреляли в него, а говорили, если самка:
«Проходи, проходи – сестра », а если самец:
«Проходи, проходи – брат». Так же и у абхазов, по некоторым поверьям, медведь «состоит в большом родстве с человеком. Имеет грудь, как у женщины, борется и умирает как человек, считается что, если, встретив медведя, произне- сёшь трижды слово «нан», т.е. мать, то зверь не тронет тебя. По поверью, медведь – это жен- щина, от стыда ушедшая в лес и ставшая жи- вотным!». [2.104] Убийство медведя оправды- валось лишь в качестве самообороны. В таких случаях труп на месте происшествия не броса- ли, а, согласно обычаю, предавали тело медведя земле и уходили. Уходя, не оглядывались, как это делают на похоронах человека. Снимали с медведя шкуру, которую затем тщательно вы- делывали, брали клык и правую лопатку. Шку- ра становилась талисманом здоровья, богатства и плодородия. По лопатке гадали и определяли будущее. Клык использовался как амулет для предотвращения беды, нападения на охотников и на домашних животных диких зверей, его держали под матрацем в люльке ребёнка, чтобы ребёнок вырос крепким и сильным, как мед- ведь. Часто в люльку ребёнка адыги клали и когти медведя. [2.101]
Важное место в рационе чеченцев и ингу- шей занимали продукты охоты. В пищу упот- реблялись мясо оленей, туров, кабанов и других животных и птиц. Запретным считалось мясо медведей, зайцев и уток. [10.43]
Уважением пользовался медведь и у осе- тинских охотников. «Медведя бы и не следова- ло убивать, – говорили они, – когда–то он был женщиной, которую бог за дурные дела пре- вратил в медведя, и поэтому он опасен для женщин. Если бы, против чаяния, медведь вздумал напасть на женщину, то следует только

остановиться и обнажить свою грудь, и он, уз- нав, что это женщина, не тронет ее. [11.197] Медвежий зуб или коготь осетины прибивали к косяку дома, чтобы злые силы не могли про- никнуть в дом. Следовало повесить череп мед- ведя у входа в дом, чтобы обезопасить жилище от нечистой силы. С этой же целью когти и зу- бы медведя вешали на люльке. Культ медведя известен у всех народов Кавказа. Ингуши ис- пользовали медвежьи когти для изготовления амулетов: считалось, что они приносят счастье. [7.129] Карачаевцы являлись признанными охотниками на медведей. Опасная охота на медведя давала шкуры, из которых шили мед- вежьи шубы (айю тон), а также стелили шкуры зверя на пол. Мяса медвежьего не ели, только некоторые внутренности использовали для приготовления лекарств. Так, из жира медведей и барсуков варили лекарства от ревматизма, из желчи – для борьбы с поносом и болезнями мо- чевого пузыря. Карачаевцы и зайцев убивали иногда для лечебных целей, чтобы приготовить лекарство, а в пищу заячье мясо тоже не упот- ребляли.
Особым почетом у адыгов пользовались охотники, которые приводили в аул живых медведей. Им присваивалось звание Аферым (необыкновенно мужественный человек), и молва о таком охотнике расходилась далеко за пределы родного аула. Об этих мужественных охотниках слагались песни. Таким молодым охотникам девушки давали предпочтение при выборе жениха. Хаджи Брантэ Зэчерий еще в 1924 году вспоминал, что наибольшему риску подвергались молодые охотники, пытавшиеся добыть такую славу. Бывало, что медведь кале- чил охотников, а некоторые из них погибали. В честь погибших складывали песни-плачи. В традициях адыгов было хоронить охотников вместе со шкурой убитого зверя, которая укла- дывалась под голову покойника. Вместе с по- гибшим в могилу опускали и его личное ору- жие. Брантэ Зачэрий называл и конкретного охотника – Купеш Меретука – «который при- водил в аул зверя на задних лапах, связав ему предварительно голову с передними его лапа- ми».
О почитании на Кавказе медведя говорят и многочисленные названия хребтов и урочищ, лесов и долин, которые носят название мед- вежьих.



Медведи на Северном Кавказе водились в изобилии, о чем свидетельствуют многочис- ленные письменные источники и иностранных авторов, и русских путешественников, и нату- ралистов. По их свидетельству, медведи води- лись повсюду, где только был лиственный лес, они попадались и в хвойной полосе. Хотя охота на них была опасна, черкесы добывали медве- дя, чтобы продавать медвежьи шкуры, когда на Кавказ стали проникать рыночные отношения. О значительном количестве диких животных свидетельствуют и записки Карла Пейсонеля, которые он сделал еще в середине XVIII в. об экспортной торговле Черкессии. Черкесы наря- ду с куньими, волчьими, лисьими «продавали 3000 шкур айу или медведя, которые отвозятся в Бургез, откуда они выводятся в Германию и Польшу». [1.197]
«Медведи в пределах Кавказа встречаются на очень обширном пространстве, – также от- мечал Н. Динник. – На западе область их рас- пространения начинается почти от самого за- падного угла Кавказа: Анапа, Новороссийск, Геленджик, Джубга, Туапсе. Особенно много в их Майкопском отделе, где они встречаются везде. (1889 г.) В это же почти время егерь Ку- банской Великокняжеской охоты И. Крутенко за один год убил 38 медведей, а один охотник в 1890 году, вблизи Сохрайского поселка (Май- копский отдел), за две недели добыл 24 медве- дя. В районе Кубанской охоты в1893г. только в ноябре было убито 24 медведя, а 17-го мая 1903 г. егерь Постечный в один вечер убил 6 медведей». [5.358] Хотя черкесы-охотники, от- мечает автор, «не любят стрелять медведя». Видимо, еще в XIX веке адыги отдавали пред- почтение народным обычаям и традициям, свя- занным с охотой на диких животных. О широ- ком распространении медведя на Северном Кавказе писал К. Сатунин: «Само собою по- нятно, что медведя нет в степях предкавказья, как во всей полосе южной России. Область его распространения на Западе начинается от само- го Северо-западного угла Кавказа. Не особенно давно медведи попадались от Анапы, следова- тельно, у самого начала Главного Кавказского Хребта в Западной стороне Кавказа; и теперь они уже заходят в лежащую недалеко от Анапы долину реки Сукко. Но чем дальше на восток, тем чаще и чаще попадаются медведи на скло- нах Кавказского хребта. Все леса, густо покры-
вающие горы и ущелья восточной половины Кавказского хребта, изобилуют медведем, осо- бенно в пределах Кубанской области и черно- морской губернии, нигде нет такого громадно- го числа медведей, как близ поселка Псху в ущелье реки Бзыбь. Довольно обыкновенны медведи в лесах Терской области. (Нальчик, Алигир, Владикавказ, Воздвиженское, Ведено). В Дагестане, вследствие безлестной местности, медведи довольно редки. В значительном ко- личестве они водятся только в верховьях Ан- дийского и Аварского Койсу, а также попада- ются около Гуниба, а еще чаще в западных ок- ругах этой области». [12.128]
В те описываемые времена значение пуш- ного зверя совершенно не принималось во внимание. Медведь, волк, лиса, куница, выдра – все были причислены к вредным животным. Почти весь пушной зверь, поэтому был объяв- лен, что называется, вне закона, т.е. подлежа- щим уничтожению во всякое время года. [8.5] Собственно, до 1958 года охота на медведя ве- лась без ограничений, каждый охотник убивал в сезон столько, сколько мог. Мясо и шкура до- бытых животных оставалась у охотников, лишь незначительная часть шкур сдавалась государ- ству (в среднем 10 штук в год). Установление с 1958 года лицензионной системы на промысел медведя явилось прорывным шагом на пути ог- раждения этого зверя от уничтожения. [14.21]
Ныне в России насчитывается 118,49 тысяч бурого медведя, из них в Северо-Кавказском крае обитает 1 тысяча 920 голов. В Краснодар- ском крае их насчитывают 540, в Адыгее – 70 особей. В целом, как считают эксперты, со- стояние ресурсов бурого медведя в России удовлетворительное.
К Западному Кавказу такой вывод можно отнести с большой осторожностью. Браконьер- ство, принявшее беспрецедентные размеры, а также хозяйственные освоения мест обитания медведя привели к значительному сокращению популяции этого удивительного зверя. Количе- ство медведя в достаточной части Кубани зна- чительно сократилось, в предгорьях Западного Кавказа их стало значительно меньше; если в Кавказском заповеднике по ориентировочным данным А. Насимович (1990 г.) держалось мед- ведя не менее тысячи, а сейчас, как известно, их насчитывается не более 350 особей. Поэтому Кавказский бурый медведь занесён в Красную



Книгу Республики Адыгея и охота на него ка- тегорически запрещена. На Северном Кавказе бурые медведи отстреливаются по особому разрешению и в небольшом количестве. Так, в сезон охоты 1998-1999гг. в крае добыто 40 го- лов, в том числе в Дагестане – 1, Кабардино – Болкарии – 1, Краснодарском крае – 24, Карачаево – Черкессии – 14, в Адыгее, Северной Осетии и Ингушетии вообще не было охоты на медведей.
Как мы отмечали, медведь обитает на Кав- казе повсюду, где есть леса, обильная расти- тельная пища. «Любимые места пребывания медведя – глухие горные леса, подальше от че- ловеческого жилья, – писал К. Сатунин. – В на- чале лета, когда альпийские луга освобождают- ся от снега и начинают покрываться свежей зе- леной травой, многие медведи оставляют леса и отправляются в горы. Особенно часто в этих местах попадаются медведицы с медвежатами. Во второй половине лета число живущих здесь медведей сильно уменьшается, потому что в это время в лесах начинает поспевать черешня, алыча, слива и т.д., и многие из пасшихся на лугах медведей отправляются туда. Но часть их не соблазняется лесными фруктами и остается на горных лугах до конца лета». [12.137]
Медведи совершают широкие вертикаль- ные миграции, что зависит от смены его расти- тельных кормов от уровня моря до верхнее- альпийского пояса, поднимаясь до области веч- ного снега.
Медведь - всеядное животное, с одной сто- роны, его мощные клыки ярко выдают в нём хищника, с другой – он предпочитает преиму- щественно растительную пищу. Весной звери выходят из берлог: самцы – с начала марта, самки с медвежатами позже – с 5-10 апреля. Вид у медведя в эту пору лёгкий и тощий. Кор- мится он в основном травой, листьями, кореш- ками. Но вместе с тем, если ему повезёт, то он находит показавшиеся из-под снега туши оле- ня, кабана, тура, серны, которые погибли под лавинами. Он употребляет и белые цветы рододендрона, хотя они, как говорят охотники, и ядовиты, он ест их как лекарство против глистов. К растительной пище приспособлены плоскобугорчатые зубы (их у медведя 40), при- выкшие к перетиранию трав и кореньев. Мно- гие растения, поедаемые медведем, получили названия «Медвежье ухо», «Медвежий корень», «Медвежья петрушка» и др. До середи- ны лета медведи находятся в верхней части лесного пояса гор и их альпийских лугах, затем, по мере созревания фруктарников, они спуска- ются в широколиственные леса предгорий и начинают употреблять алычу, которую очень любят, сливы, яблоки, груши, хорошо разбира- ются, где сладкая груша, а где – нет. С удоволь- ствием лакомится медведь лесной малиной, причём относится к ней с особым вниманием. Охотники рассказывают, что медведь старается не ломать стебли малины, а осторожно обирает ягоды пастью. Охотно поедает он и смородину, выбирая только спелые грозди. Очень любит косолапый соты земляных ос.
Интересно наблюдать, как этот зверь добы- вает мёд. Как бы ни жалили его пчёлы, он толь- ко сердито ворчит, трясёт головой из стороны в сторону, но лакомится мёдом. Медведь про- жорливее всех других животных.
«Хотя медведь является животным всеяд- ным, – отмечает А. Лерхе, – всё же он, в боль- шинстве случаев, отдаёт предпочтение расти- тельной пище: ягодам, в особенности сладким грушам и алыче. Косточки он выплёвывает, а не разгрызает их, как это делают кабаны. К этому прибавляются жёлуди, буковые орешки, каштаны. Не пропускает он и муравьиной кучи без того, чтобы полакомиться и муравьиными яйцами. Займётся ради мёда и разорением пче- линых сотов, не считаясь с жалом взволнован- ных пчёл, после которых морда медведя тотчас распухает до неузнаваемости. Подбирает по- павшуюся на пути личинку насекомого, отве- дает и оставленную в лесу дичь от мелких гры- зунов до кабана включительно, завалив остаток её хворостом или бурьяном. Будучи голоден, не брезгует медведь и падалью и даже гнилушкой какого-нибудь покрытого мхом и лишайником пня». [8.40]
Осенью медведь нагуливает жир, поедая желуди, буковые орешки, лесные орешки, каш- таны, тёрен и рябину. В это время происходит накопление жира, необходимого для благопо- лучной зимовки. «В общем, – как свидетельст- вует К. Сатунин, – голодать ему на Северном Кавказе не приходится. К зиме наедает огром- ное брюхо, с толстым слоем сала весом от 5 до 8 пудов, с таким жиром ему легче проспать ко- роткую кавказскую зиму». [12.137]



Подкормившись после зимнего сна, с мая – июня медведь готов к спариванию. Происходит оно один раз в два года. По свидетельству Н. Динника, течка происходит в течение мая, без особого шума и драк. То же самое подтвер- ждает и К. Сатунин: «при медведице бывает обычно один самец, а если бывает два, три, то драк между ними никогда не наблюдается». [12.138] Вместе с тем, некоторые учёные, как Н.Ф. Реймерс, Н. Н. Раковский считают, что, напротив, «гон длится около месяца и сопро- вождается жестокими драками между самцами. В это время медведи-самцы могут быть опасны и для человека». [13.139]
Медвежата родятся в берлоге на хорошей подстилке, устроенной заботливой матерью из листьев, сухой травы и мха. Новорождённые весят до полукилограмма и не достигают 25 сантиметров длины. Как говорят охотники, медвежата рождаются размером с рукавичку и их легко можно уложить за пазуху. Прозревают они на 30 день своей жизни. Обычно рождают- ся два медвежонка, реже – три-четыре. Медве- жата ходят с матерью первые два года, а потом медведи прогоняют от себя своих детей.
Многие очевидцы рассказывают, что детёныши резвы и забавны. Г. Успенский так опи- сывает поведение медвежат: «Медвежата заиг- рывали с матерью, теребили её лапами за ляж- ки, хватали зубами за клочковатую линяющую шерсть и дёргали её, быстро мотая головами. Видимо, эта игра раздражала медведицу, меша- ла ей заниматься рододендроном, и она отпи- хивала своих расшалившихся детёнышей зад- ними лапами. Когда приставания медвежат становились слишком назойливыми, мать ос- тавляла рододендрон, оборачивалась, сердито рявкала и награждала детенышей сильными тумаками, шлёпая передней лапой под зад. По- лучив шлепок, медвежонок откатывался в сто- рону, на несколько секунд успокаивался, но по- том всё начиналось сначала». [15.206]
А. Лерхе пишет: «Великолепно лазают медвежата по деревьям и этим сердят свою за- ботливую мать, которая сначала с фырканьем бегает вокруг дерева, а затем с трудом взбира- ется за медвежатами, беспечно перелезающими с ветки на ветку». [8.41] «Медвежата действи- тельно чрезвычайно забавны, – считает К. Са- тунин. – Но отнюдь не своей резвостью и живностью движений, а как раз, наоборот, необыкновенной степенностью и медлительно- стью своих неуклюжих движений, что придаёт им чрезвычайно комический вид». [12.139] Од- нако Н. Диннику они казались «скучными, ле- нивыми, ходили медленно, подолгу копались в земле на одном месте или щипали траву, не об- ращая внимания друг на друга». [5.139]
Медведь становится окончательно взрос- лым к десяти годам, в неволе доживают до 47 лет, и является самым непредсказуемым по своему характеру и поведению диким живот- ным. Хотя медведь и принадлежит к числу са- мых угрюмых и молчаливых диких животных, он при ранении или, учуяв человека, издаёт та- кой рёв, который запоминается человеку на всю жизнь. Медведь способен сердито ворчать, во- юя с пчёлами или осами, может, подобно вол- ку, щёлкать челюстями. Медведи, считая себя непобедимыми и сильными, весьма самоуве- ренны. Поэтому по сравнению с другими про- являют равнодушие ко всему, ленивы, только в редких случаях показывают свою силу и мощь. Он вполне может ходить на задних лапах, благо у него, как у человека, есть ступни, но только у медведя они огромны – длинные и вытянутые.
Медведь боится людей, но отдельные эк- земпляры – медведи-шатуны, не залегшие на зиму, а их на Кавказе немало, – проявляют аг- рессивность по отношению к человеку. Медве- дица, защищая медвежат, может напасть на че- ловека, пуская в ход свои лапы и зубы, при этом она громко ревёт. Охотничью собаку, по- павшуюся по неосторожности ему в лапы, мед- ведь буквально разрывает на части.
Медведь отлично плавает, как отмечают свидетели, может проплыть более 6 км. Летом купается, а зимой любит покататься по снеж- ной горке.
Как рассказывают бывалые охотники, мед- ведь больше всего любит всякие забавы: то ка- тается на спине, то камни бросает, то дранку с упавшего дерева дерёт, натягивает её как тети- ву и бросает – ему нравится издаваемый ею хлопок, то в воде барабанит лапами.
Нам довелось наблюдать в районе горы Дыдыгуш снежное купание медведя. Это был весьма забавный случай! Внезапно мы услы- шали фырканье зверя, потом, присмотревшись, увидели, как медведь, усевшись поудобнее, скользит с горки вниз. Все мы подумали, что таким образом он от нас удирает, но медведь,



скатившись вниз, вдруг весьма резво, можно сказать, бегом, стал вновь подниматься на гору и с удовольствием повторил тот же номер. Так он, фыркая и забавляясь, повторил всё это не- сколько раз, причём катился не только сидя, но и лёжа на спине. Увлекшись снежным купани- ем, медведь не услышал наши шаги, даже не посмотрел в нашу сторону, только радостно фыркал, пыхтел и сопел. Видимо, правы те, кто считает, что у медведей слабый слух и плохое зрение. Он учуял нас только в ста шагах от него
– рявкнул и кубарем скатился в ущелье. Больше мы его не видели. Пока мы подошли к оврагу, его как ветром сдуло.
Считается, что из всех чувств у медведей больше всего развито обоняние. «По своим ум- ственным способностям медведи стоят на до- вольно низкой ступени развития, – отмечает Н.Я. Динник, – что же касается кавказского, то он, в этом отношении, может быть, даже усту- пает некоторым из своих сородичей. Кавказ- ские медведи, подобно прочим, очень ленивы, крайне мало наблюдательны, ко всему равно- душны и вдобавок трусливы. Они способны обнаружить храбрость или смелость только в исключительных случаях». [5.361]
Тем не менее, медведь – неплохой охотник. Охотник И. Бессонов рассказывал, что он ви- дел, как жёлтый медведь подкрадывается к сернам. Они заметили его и засвистели. Мед- ведь немедленно упал и укатился в кусты. Сер- ны продолжали тревожно свистеть и топать. Они глядели туда, где прежде был медведь, а он тем временем уже подкрадывался к ним сзади.
Охотники знают, что, кроме верного вы- стрела, от рассвирепевшего медведя спасенья нет, так как он бегает быстрее, чем человек, и лучше и быстрее лазает по деревьям. Медведь очень крепок на лапу. Бывали случаи, когда он с пробитым сердцем пробегал более ста метров. Да и раненый зверь, бросившись на выстрел, преодолевает расстояние в двадцать метров за 5-6 прыжков. И не дай бог оказаться у него на пути. Поэтому нельзя стрелять в медведя, если он находится выше охотника. Обычно стреля- ют в медведя прицельно, в область передней лопатки, немного ниже средней линии.
Охота на медведя на Северном Кавказе на- ходится под полным запретом, правда, иногда происходит отстрел по специальным разрешениям, которые выдаются охотничьими инспек- циями. Как мы отмечали выше, до 1958 года охота на медведя велась без всяких ограниче- ний, и каждый охотник убивал в сезон столько, сколько мог. «Множество медведей убивали до самого последнего времени егеря Кубанской охоты, – пишет Н. Динник, – которые, сверх то- го, что оставляет охотнику убитый медведь (кожа, сало, а иногда и окорока), получали ещё награду за каждого убитого или отравленного ими медведя по пять рублей. Егеря во все вре- мена года, особенно в конце весны и в начале лета, когда легче всего найти и убить медведя, с необыкновенным усердием истребляли их. Я уже говорил, что некоторые из них в один ве- чер убивали по 5–6 медведей». [5.339] Охоты бывали разные. Охотились на медведя с подхо- да, охотились с собаками, добывали зверя в берлоге, подкарауливали на кукурузном поле, охотились на тропах вечером или ранним ут- ром или у фруктарников. Ранее из кожи медве- дя особенно со спины, делали крепкие ремни, получали сало, которое использовали для смаз- ки сапог, ремней, употребляли в народной ме- дицине для смазывания ссадин и ран у людей и домашних животных, изредка применяли его для освещения. Шкура медведя, убитого летом, шла на выделку кожи, зимой же – отдавали на мех, употребляли на ковры, на паласы в санях, на покрытие тахты, и даже изредка на шубу. В наше время наиболее ценным считалась шкура медведя, применяющаяся в основном для ук- рашения жилищ, и желчь, которая широко ис- пользуется в народной медицине. Мясо медве- жье съедобное, но жёсткое и невкусное, при- том, на Западном Кавказе многие медведи за- ражены трихенелезом.
И в наше время главным врагом медведя, к сожалению, остаётся человек. Для того чтобы сохранить кавказского медведя, следует не- укоснительно соблюдать запрет на отстрел это- го прекрасного дикого животного, ужесточить штрафные санкции за незаконную добычу зве- ря, ограничить проведение сельскохозяйствен- ных мероприятий в поясе широколиственных лесов Северного Кавказа. Тогда благополучие и красота медведя, этого эндемика Кавказа, до- шедшего до нас с ледникового периода, сохра- нится в природе Кавказа. И в этом мы, люди, должны медведю помочь.
М.А. Исалабдулаев

39417_or


Абдал, в мифологии аварцев, даргинцев, цахуров бог охоты, покровитель туров, диких коз, оленей. Согласно поверьям, заботится о диких животных, ограничивает отстрел зверей, жестоко карая охотника, нарушавшего ограничения. По поверьям лакцев, Абдал мешает убить зверя, отклоняя палкой стрелы (или пули) охотника, если перед охотой ему не вознесена молитва. В случае удачи Абдалу приносили в жертву сердце и печень убитого животного, а кости не выбрасывали – по ним Абдал оживлял зверя. Кроме того, Абдал вынимает из утробы женщины еще не родившего ребенка, чтобы сделать его пастухом туров.
Абнауаю («лесной человек»), в абхазской мифологии огромное злое чудовище, отличающееся необычайной физической силой и свирепостью. Тело Абнауаю покрыто длинной шерстью, у него огромные ногти, глаза и нос как у людей. Обитает в дремучих лесах. Встреча с ним опасна, на груди у Абнауаю топорообразный стальной выступ: прижимая к груди жертву, он рассекает ее пополам.
Абд Дзуары, в осетинской мифологии божество, живет на небе, иногда появляется на земле в образе ярко светящейся птицы с большими крыльями, освещающей путь. От Абд Дзуары зависит урожай хлебных злаков, увеличение поголовья домашнего скота, избавление людей и животных от болезней.
Агач Киши (Агъач киши), в мифологии карачаевцев и азербайджанцев «лесной человек». Представлялся в образе существа обоего пола, имеющий промежуточный облик между человеком и обезьяной. Иногда надевает на себя выброшенную людьми одежду, боится собак.
Агулшап, в абхазском нартском эпосе дракон, завладевший водными источниками и за разрешение пользоваться водой требующий в виде дани красивую девушку. В борьбу с ним вступает герой Сасрыква. Ему удается отсечь голову у чудовища, но на ее месте тотчас же отрастает новая; лишь когда Сасрыква догадывается присыпать это место золой, Агулшап оказывается побежденным.
Агуна, в грузинской мифологии божество- покровитель виноградарства и виноделия. Его молили об урожае и защите виноградников от града.
Агунда, героиня осетинского нартского эпоса, дочь владыки Черной горы Сайнаг- Алдара. Агунда не имеет себе равных по красоте и изяществу. Виднейшие нарты

добиваются тщетно ее руки, юный Ацамаз сумел игрой на золотой свирели очаровать Агунду.
Агызмал, в абхазской мифологии оборотень. Существовало поверье, что почти в каждом селе один или двое из его жителей-Агызмал (мужчина или женщина). В облике животного передвигается по ночам, причиняя вред односельчанам, наводя порчу на скот.
Адау в абхазской мифологии исполин, людоед. Его появление сопровождается ураганом, громом, молнией. Имеет много голов (три, семь, девять, двенадцать). Также Адау– хозяин огня или водного источника из-за которого вступает с ним в борьбу герой и побеждает его благодаря превосходству ума.
Аджныш, в абхазской мифологии дьявол, от которого исходят все людские несчастья. Аджныш, преследуемый богом Афы (отчего происходят гром и молния), прячется от него под деревьями, иногда в жилых и нежилых помещениях. Согласно поверьям, Афы лишь пугает Аджныша, убить его он не может из-за того, что тот – сын его сестры. Преследование Аджныша прекратиться лишь с концом света, когда он окончательно будет побежден.
Аерг, Аирг, в абхазской мифологии божество, защищающее людей от опасностей, подстерегающих их на войне, на охоте, в пути.
Ажвейпш, у абхазов божество охоты, покровитель диких животных. Его обычно представляют глуховатым старцем. Дочери Ажвейпша, стремясь завлечь неженатых молодых охотников, просят отца дать добычу тому, кому он еще не давал, но тугой на ухо Ажвейпш наделяет добычей одних и тех же бывалых, опытных охотников.
Аза, в мифологии ингушей и чеченцев богиня, дочь солнца, покровительница всего живого. В некоторых вариантах Аза- мать солнца.
Айтар, у абхазов божество плодородия, покровитель домашнего скота. К Айтару обращали свои молитвы пастухи, приносили ему в жертву козлов и баранов, клялись его именем.
Аларды, в осетинской мифологии властелин оспы. Живет на небе, откуда спускается по золотой лестнице. Он изображается красным или светлым крылатым чудовищем, наводящим страх на людей. Чтобы умилостивить Аларды, его называли светлым, золотым, приносили ему в жертву белого барашка и просили об избавлении детей от оспы.

Албасты, в мифологии кумыков (албаслы, къатын), балкарцев и карачаевцев (алмысты) злой демон, связанный с водной стихией. В кумыкских мифах у Албасты есть муж. Считалось, что Албасты может послать болезнь, ночные кошмары, но в особенности вредит роженицам и новорожденным. У карачаевцев, балкарцев, ногайцев, кумыков считалось, что усмиренная Албасты помогает по дому.
Али, в грузинской мифологии злые духи, вредящие роженицам, новорожденным, одиноким путникам и другим людям. Они могут быть как мужского, так и женского пола. У них устрашающий вид (зубы из меди, волосы запачканы). Живут в лесах, в скалах, иногда заманивают жертву, которой являются в виде близкого родственника, в воду. Али становятся верными слугами человека, который отрежет у них волосы и ногти.
Алмазы, в мифах ингушей и чеченцев злые лесные духи, преимущественно в женском облике; бывают и необычайно красивыми и безобразными, отличаются огромным ростом. Иногда Алмазы вступают в брак с человеком. По поверьями, удача на охоте зависит от благоволения Алмазы.
Ал Паб в мифологии лезгин, лакцев (алмаз хатун), рутульцев, агульцев (албасти),

андийцев (гогочи), злой дух, вредящий роженице и ребенку.

Ал Паб имеет облик уродливой женщины с отвислыми грудями, которые она перекидывает за плечи. По лезгинским мифам, они живут по берегам рек, поросших лесом, около родников, у озер. Завладевают сердцем, печенью и другими внутренностями матери и новорожденного, бросают их в воду- мать и ребенок умирают. По другим поверьям, Ал Паб дает пососать грудь младенцу, и он погибает. По представлениям лакцев, Ал Паб иногда сожительствует с охотниками.
Алпан, в мифологии лезгин, татов (Атошперез) божество огня (у лезгин и ныне существует проклятие: «Да убьет тебя Алпан»).
Аманор и Ванатур, в армянской мифологии божества нового года, связанные с плодородием. Аманор приносит первые плоды нового года (начинавшегося по древнеармянскому календарю в августе), Ванатур дает приют многочисленным участникам новогодних праздников (устраивавшихся в Багаване, близ современного города Диядин, на территории Турции.

Амбри, в грузинской мифологии герой, отличающийся громадной силой, ростом и весом. С Амбри связан мотив «погребения заживо: еще живого его везут к месту погребения. В пути его нога, свесившись с повозки, подобно плугу вспахивает землю. Это позволяет предполагать, что образ Амбри возник в среде земледельческого населения.
Аминон, в осетинской мифологии страж ворот страны мертвых, существо женского пола. Согласно мифам Аминон по распоряжению властителя страны мертвых Барастыра открывает железные ворота в страну мертвых, куда можно попасть только до заката солнца, после этого ворота закрываются. По другим вариантам, Аминон стоит на дороге в загробный мир около моста и спрашивает людей, что они сделали хорошего и что дурного, затем указывает им путь либо в ад, либо в рай.
Амирани, в грузинской мифологии герой эпоса. Рожден богиней охоты Дали от смертного безымянного охотника. Божественное происхождение Амирани отмечено изображением луны и солнца на его плечах, а некоторые части тела были золотыми. За богоборчество Амирани прикован к скале в пещере Кавказского хребта. Ему постоянно клюет печень орел, а преданная Амирани собака лижет цепь, стараясь истончить ее, но приставленные богами кузнецы обновляют цепь. По древним поверьям, раз в семь лет пещера разверзается, и можно увидеть Амирани.
Амыш, Емыш, в адыгской мифологии бог-покровитель овцеводства. Живет на земле среди людей. Гибнет от руки красавицы Ахумиды, которая заперла его в сундуке и умертвила. С культом Амыша у адыгов были связаны обычаи хоронить покойника с овцой и молитвы, обращенные к Амышу об увеличении поголовья овец.
Анана-Гунда, в абхазской мифологии богиня плодородия, охоты и пчеловодства, покровительница деторождения. Местом ее обитания считали скалу Анантвара, около Сухуми; скала почиталась священной- на нее запрещено было подниматься.
Анахит, в армянской мифологии богиня- мать, богиня плодородия и любви. Ей были посвящены многочисленные храмы (в храме Еризы, современный Эрзинджан в Турции, была воздвигнута статуя Анахите из золота).
Анигал, в осетинской мифологии покровитель пчеловодства. Пчеловоды жертвовали ему долю меда.

Анцва, в мифологии абхазов и абазин верховное божество, творец природы и людей, повелитель и вседержатель мироздания. Живет на небе. Когда он спускается с неба, гремит гром, когда поднимается- сверкает молния. В честь Анцвы периодически устраивались моления: в жертву ему приносили животное (обычно корову) и вино.
Апсати, в грузинской мифологии (у сванов) покровитель и пастух диких рогатых животных и птиц.
Апсцваха, у абхазов бог смерти. Считалось, что человек умирал потому, что его хотел забрать Апсцваха.
Арагац у армян гора, сестра Масис (Арарат). Согласно мифу, любящие друг друга сестры однажды поссорились. Тщетно пыталась их помирить гора Марутасар; разгневанная, она прокляла их обоих- они оказались навсегда разлученными.
Ара Гехецик, в армянской мифологии умирающий и воскресающий бог. Царица Ассирии Шамирам, желая выйти замуж за Ара Гехецика, отправляет в Армению, где он правил, послов с подарками. Разгневанная отказом, Шамирам идет войной на Армению. В бою погибает Ара Гехецик. Тогда царица приказывает аралезам воскресить его. После того, как аралезы облизали его раны, он ожил. Легенды об оживлении бога связывается с холмом в селе Лезк (близ города Ван).
Аралезы у армян духи, происходившие от собаки. Они спускаются с неба, чтобы зализать раны убитых в сражении и воскресить их.
Арамазд, верховное божество по армянской мифологии, создатель неба и земли, бог плодородия, отец богов. Главное святилище Арамазда находилось в культовом центре древней Армении в современном Камахе (Турция). Храм был разрушен в конце 3 в. н.э. при распространении христианства.
Араш, в абхазском нартском эпосе крылатый конь. На нем можно передвигаться не только по земле, но и под землей, и в небесах.
Артавыз, в осетинской мифологии злой дух. Согласно мифу, Артавыз был сотворен богом, чтобы принести людям добро, но стал учить их противоположному. Тогда бог велел богу-громовику Уацилле втащить Артавыза к себе. Уацилла навел на него тучу, ударил цепью и поднял наверх. Здесь Артавыз был пригвожден внутрь луны и находился под охраной часовых, чтобы он не вырвался и не сожрал людей. У осетин существует обычай

стрелять из винтовок по луне во время лунного затмения, чтобы часовые не заснули и не упустили Артавыза.
Артхурон, у осетин божество, насылающее накожные болезни.

Арулап, у абхазов злая старуха- колдунья, хитрая и коварная людоедка. Безобразна, костлява, с дряхлым лицом. С помощью волшебной плети превращает людей и животных в камень.
Арэв, Арэгак, в армянской мифологии персонификация солнца. Его дворец находится на Востоке, на краю света. Перед рассветом ангелы облачают его в огненную одежду. Когда Арэв умывается, горы и равнины покрываются росой. По некоторым мифам его сопровождает огромная птица, ее крылья раскрыты, чтобы от лучей не загорела земля. Арэв мчится по небосводу, сидя на льва. Ему обычно приносили в жертву лошадей.
Арэваманук, в армянской мифологии охотник, наказанный солнцем из-за того, что тот попытался убить его. Арэваманук был мертв днем и оживал только ночью. Его мать отправилась к матери солнца с мольбой спасти ее сына, и та разрешила набрать ей воды из водоема, где купалось солнце после своего дневного путешествия, и этой водой обрызгать Арэваманука для его полного оживления.
Асс(Аьрш), в мифологии лакцев божество грома и молнии. В мифологии цахуров ему соответствует Арш.
Астхик, в армянской мифологии богиня плотской любви и воды, возлюбленная Вахагна. Согласно мифам, Астхик необыкновенная красавица, каждую ночь купалась в Ефрате там, где он течет по узкому каменистому ущелью. Чтобы любоваться обнаженной богиней, юноши зажигали огни на горе Даганац (Таронская гора). Защищая себя от чужих взоров, богиня покрывала туманом всю Таронскую долину.
Храмы и места почитания Астхик находились в Аштишате, Артамете на берегу озера Ван. Астхик приносили в дар розу, выпускали голубей, а участники обряда обрызгивали друг друга водой.
Атынаг, в осетинской мифологии божество, покровитель плодородия, посылающий обилие трав и помогающий удачному завершению полевых работ.
Афсати, у осетин владыка благородных диких животных- оленей, туров, коз и других. Изображается глубоким старцем с длиной седой бородой, сидящим на вершине

высокой горы, откуда он наблюдает за своими стадами. По обычаю, перед охотой охотники берут с собой три пирога в качестве приношения Афсати, а затем делают в его честь шашлык из мяса убитой дичи и благодарят за охоту. Афсати обладает чутьем, он все видит и слышит. Чтобы скрыть от него свои намерения, охотники говорят на непонятном для Афсати языке. Вероятно, в результате этих поверий у осетин, как и у других кавказских народов, сложился т.н. охотничий язык, состоящий из слов, употребляемых в иносказательной форме.
Афы, у абхазов бог грома и молнии.

Ахумида, у адыгов гордая красавица, дочь нарта Емизага. Согласно мифу, умертвила Амыша, а его мясо выставила на показ для испытания женихов: кто, угадает чье это мясо, за того она выйдет замуж. Нарт Ашамез после неудачи в гневе забыл свирель. Тогда Бляго похитил свирель и Ахумиду. Играя с черного конца свирели, Бляго вызвал засуху на земле. Ашамез вместе с другими нартами убил его и освободил Ахумиду, а вместе с нею вернул и свирель. Ахумида, познав мужество, ум и благородство Ашамеза, вышла за него замуж.
Ахын, у адыгов бог – покровитель крупного рогатого скота. Ноги Ахына имеют раздвоенные копыта. Осенью при отправлении культа Ахына ему приносили в жертву корову.
Ацамаз, герой осетинского нартского эпоса, певец и музыкант, обладатель чудесной золотой свирели. Игра Ацамаза очаровывает и пробуждает природу. Соответствует адыгейскому Ашамезу.
Ацаны, у абхазов люди – карлики, первые обитатели Абхазии. Согласно поверьям каменные сооружения четырехугольной или округлой формы в горах Абхазии построены Ацанами.
Ачышашан, у абхазов божество лошадей. По – видимому, женского пола.

Ашацва – Чапацва, у абхазов духи – прорицатели судьбы человека.

Аюстаа, в абхазской мифологии черт; приносит вред людям, животным. По поверьям, если вселяется в человека, тот заболевает.


Бакбак-деви, у грузин лесной человек, пожиратель людей, представляется многоголовым существом.

Барастыр, у осетин владыка загробного мира. Без его разрешения никто не может попасть в него или выйти оттуда. Он отправляет людей в рай или ад в соответствии с их земными деяниями.
Барг, в мифологии лакцев, аварцев (Бакъ), лезгин (Раг), даргинцев (Берхи), божество, персонификация солнца. Имеет облик прекрасного юноши. Его заглатывает морское чудовище Куртма; спасает и забирает на небо бог Зал.
Барз, в мифологии лакцев, лезгин (Варз), даргинцев (Бадз), аварцев (МоцI) божество, персонификация луны. Имеет образ прекрасной девушки. Распространен сюжет о пятнах на луне: луна и солнце были влюблены друг в друга. Но луна стала хвастаться, что она красивей солнца (Барг). Тогда солнце бросило в луну ком несмываемой грязи, отсюда – пятна.
Согласно мифам рутульцев, луна и солнце были братом и сестрой. Брат влюбился в сестру, и она превратилась в солнце, а он – в луну.
Баршамин, у армян божество, выступающее противником богов и героев.

Бляго, у адыгов дракон, олицетворение злых сил природы. В народных поверьях, затмение солнца и луны объясняется проглатыванием их Бляго. Чтобы спугнуть его и освободить светила, стреляют из ружей.
Батонеби, у грузин собирательное название духов, приносящих инфекции. В семье, один из членов которой болеет, готовят для угощения Батонеби сласти, зажигают ореховое дерево, исполняют ритуальную песню – мольбу «Батонебо»
Бахт, в армянской мифологии персонификация судьбы. Он в образе седобородого старца, сидящего на небе или на высокой горе, определяет судьбу каждого человека. В народных поверьях, у кого живет Бахт, тому сопутствует удача, а кого он покидает, того преследует невезение.
Бери-Бера у горцев Восточной Грузии антропоморфное существо, покровительствующее урожаю и способствующее плодовитости животных и росту населения.
Берика, у грузин божество урожая. Чаще всего представлялось в образе козла. Борхаурали, в осетинской мифологии владыка хлебных злаков и урожая. Босели, у грузин покровитель домашних животных и земледелия.

Бынаты Хицау, в осетинской мифологии покровитель домашнего очага, домовой. Изображается обычно в образе старухи. Ему в определенный день приносили в жертву барана, козу или домашнюю птицу.


Вако-Нана, в нартском эпосе адыгов мудрая, почитаемая нартами провидица.

Вампал, у ингушей и чеченцев огромное чудовище, имеющее несколько голов.

Вахагн, в армянской мифологии бог грозы и молнии, рожденный в муках небом и землей. Имел образ юноши с огненными волосами, с пламенной бородой и глазами. В честь Вахагна была построены храмы в Аштишате, Малом Ахбаке (Турция).
Вацилу, в мифологии лакцев священная гора. По поверьям, между двумя примыкающими друг к другу скалами, стоящими на вершине горы, может протиснуться лишь безгрешный человек, а бесплодные женщины родить ребенка.
Вешапи, в грузинской мифологии драконы, требующие за пользование водой с колодцев, озер, рек жертву в виде прекрасных девушек. В армянских мифах они поглощают солнце, отчего происходит затмение.
Воби, у грузин божество грозы и погоды.



Галагон, у осетин владыка ветров, дух плодородия. Ему в жертву приносили красного петуха или барана.
Гамсилг, в мифологии ингушей и чеченцев злой дух в облике молодой женщины или старухи. По мифам, завлекает к себе человека; усыпив его, высасывает у него кровь или пожирает его.
Гишерамайрер, в армянской мифологии злые ведьмы со змеями в руках, преследующие солнце.
Гмерти, в грузинской мифологии верховный бог неба, отец богов, господин вселенной. Представляется с золотыми усами и горящим глазами. Он определяет судьбы людей, дарует урожай, долголетие и плодовитость.
Горнапштикнер, по армянским поверьям духи умерших иноверцев, самоубийц, злодеев. Они имеют зооморфный облик (кошка, собака, волк, медведь). По ночам бродят вокруг домов, а к рассвету возвращаются в свои могилы.

Гудил, в мифологии табасаранцев, татов, рутульцев (Гуды), цахурцев (Годей), лезгин (Пешапай), лакцев (Зювил) божество дождя. Следы культа Гудила сохранились в обрядах вызывания дождя, в которых Гудила изображался мужчиной или юношей, покрытым зелеными ветками.
Гуцар, в мифологии лезгин божество урожая, покровитель земледелия и скотоводства.


Дали, в грузинской мифологии богиня охоты, покровительница диких животных. Избранному Дали охотнику, разделившему с ней любовь, она помогает в охоте до тех пор, пока он хранить тайну их любви. Нарушивший это условие охотник неминуемо гибнет. Сыном Дали и безымянного охотника считается Амирани. (см. Амирани).
Дауаги, в осетинской мифологии духи- покровители людей, зверей, лесов, вод, ветров.
Дедабери, в грузинской мифологии старухи, одни из которых человеколюбивы, доброжелательны и покровительствуют героям, а другие, напротив, враждебны человеческому роду.
Джагупатха, в адыгской мифологии божество очага.

Джаджа, в абхазской мифологии богиня полеводства и огородничества. Имеет образ женщины низкого роста, плотного сложения. По поверьям, если она довольна хозяином поля, то она предрекает ему крупный урожай, если недовольна – то мелкий.
Джеры Дзуар, в осетинской мифологии божество, исцелитель душевнобольных.

Дзанат, в осетинской мифологии рай, находится в центре загробного мира и обнесено золотой каменной оградой с золотыми воротами, открываемые Барастыром (см. Барастыр). Дзанат- цветущий сад, в котором хорошо одетые молодые люди со своими женами и детьми сидят за золотыми столами, уставленными различными яствами и напитками, никогда не иссякающими.
Дзуар, в осетинской мифологии божество, дух, святой; имеет облик летающего существа с большими крыльями. Считается, что каждый человек имеет своего Дзуара- хранителя.

Дзызлан, по мифам абхазов молодая женщина с длинными золотистыми волосами, живущая в реках и озерах. По поверьям, вынуждает одиноких путников- мужчин вступить с ней в единоборство. В случае победы Дзызлан мужчина становился на время ее сожителем. Служит тому, кто сумеет вырвать или отрезать пучок ее волос. В старину, молодые девушки обращали к ней свои молитвы, совершали в ее честь жертвоприношения.
Донбеттыр, в осетинской мифологии владыка вод и водного царства. Представляется мужчиной с цепью в руках, которой он топит тех, кто купается поздно. Почитается рыбаками.
Дяла, Дэла, в мифах ингушей и чеченцев глава пантеона богов, старший брат бога Селы, отец богини плодородия Тушоли. Создал небо и землю, животных, птиц, людей; из земли сжатой им одной рукой образовалась женщина, сжатой другой - мужчина. Филина, пытавшегося воспрепятствовать соединению мужчины и женщины, Дяла наказал, лишив его способности видеть днем. Имя Дяла удержалось в молениях, клятвах, народных сказаниях.


Ел-да, Элда, Ешпор, в мифологии ингушей и чеченцев бог, владыка подземного мира

– Ела. Сидя на высоком троне из человеческих костей, вершит суд над душами усопших.

Елта, в мифологии ингушей бог, выступающий в антропоморфном (седоволосый старик) или зооморфном (белый козел) облике. По поверьям ингушей, имеет низкий рост, сидящий на коне величиной с козленка. Когда он гневается, его рост увеличивается в пятнадцать раз. Предположительно бог ветров.
Ерыш, в мифах абхазов богиня ткацкого дела.

Ешап, в мифах ингушей и чеченцев бесполое существо, охраняющее вход в Ел, не пропуская в него живых и не выпуская мертвых. Имеет девять глаз, девять рук и девять ног и из его пасти торчат клыки.
Жиг-Гуаша, в мифологии адыгов богиня, покровительница деревьев. Снизу она –

дерево, верхняя ее часть – прекрасная женщина из золота и серебра.

Жук У Жаманок, в армянской мифологии персонификация времени. Имеет облик седовласого старика, сидящего на высокой горе.

Зал, в мифологии лакцев, цахуров (Гыниш), рутульцев (Ийниш), аварцев

(Бечед) Верховный бог.

Зекуатха, в мифологии адыгов бог – покровитель путешественников, всадников.

Земире, в мифологии кумыков божество плодородия. Представлялось в образе женщины.
Зындон, в осетинской мифологии ад. В нем умершие подвергаются различным наказаниям (сдирание кожи с головы, выдергивание ногтей на руках и ногах, ослепление и т.д).


Иныжи, в мифологии адыгов великаны, полулюди - полуживотные с одной или многими головами.
Испы, в эпосе адыгов карликовое племя; обладает громадной физической силой, большим умом, отличались смелостью, мужеством, свободолюбием. Маленькие каменные сооружения, встречающиеся в горах Центрального Кавказа, местные жители именуют домами испы.


Каджи, в мифах грузин духи; могут превращать день в ночь, а ночь- в день, вызывать морские бури, топить корабли. Женщины-каджи отличаются красотой, вступают в любовные отношения с людьми.
Каж, в мифологии аварцев добрый дух, охранитель домашнего очага, благополучия семьи; имеет облик белой змеи. Считается, что растение, которого коснулся каж, бурно разрастается.
Кини, в мифах лакцев, дидойцев (кине), даргинцев (куне), рутульцев (Тушед рышба) покровитель рода, семейного очага. По поверьям он невидим, является в дом в пятницу. По поверьям лакцев Кини имеет облик кошки, змеи с золотыми рогами; человеку увидевшего его, суждено счастье. По представлению даргинцев, Кини – женщина высокого роста, с большими грудями и длинными красными волосами. Ее уход из дома предвещает беду.
Кодеш, в мифологии причерноморских адыгов божество моря. К нему обращались рыбаки с мольбой о большом улове.

Кудиани, в мифах грузин ведьмы. Они уродливы, горбаты, перекидывают груди через плечо. Ездят на кошке, петухе, волке, летают на метле.
Курдалагон, в мифах осетин божество, покровитель кузнецов.

Кушкафтар, в мифологии табасаранцев, лезгин, рутульцев, лакцев (кафтар кари) злой дух. Имеет облик безобразной старухи с острыми клыками. Считалось, что она живет в лесу, похищает детей и пожирает их ночью.


Лусин, в мифологии армян персонификация луны.

Лымилах, в абхазской мифологии божество супружеского счастья. К нему обращали тайную мольбу юноши и девушки вечером в день,когда заканчивался цикл весенних обрядов, посвященный Айтару.


Мамбери, в мифологии грузин повелитель волков. Когда Мамбери был доволен людьми, он связывал пасти волкам, в гневе, наоборот, выпускал их на скот.
Мамов, в мифологии лакцев, андийцев, даргинцев-акушинцев (Мому), аварцев- андалальцев (хабучи) духи, ведающие рождением детей. По народным поверьям, Мамов- злобные, опасные духи, насылающие на детей болезни, смерть; имеют облик старух в белых или черных одеждах.
Мардагайл, в мифологии армян человек-оборотень, обычно женщина. Бродит ночью вместе с волками, пожирает трупы, похищает детей и раздирает их. Днем снимает шкуру и принимает женский облик.
Мезгуаше, по мифам адыгов божество, хозяйка плодов и съедобных трав.

Мезиль, у адыгов чудовище с топорообразным выступом на груди. Обитает в лесу, пугает одиноких путников.
Мезитха, в мифах адыгов бог лесов и охоты.

Маремм, в мифах у адыгов богиня земледелия. Имеет на челе луну, а вокруг себя -

солнце.

Мериса, в адыгских мифах покровительница пчеловодства.

Мзетунахави, в мифологии грузин златовласая красавица. Часто она заколдована и превращена в лань, голубя, змею. После уничтожения злого существа, заколдовавшего ее, она обретает прежний облик.
Мкамгария, в мифологии абхазов божество, покровительствующее скотоводству. Муста-Гударг, в мифах ингушей божество дождя в облике козла. Мыкалгабырта, в осетинской мифологии божество, владыка изобилия.
Мычпа, в мифологии сванов божество – покровитель крупного рогатого скота в зимний период.


Нанэ, в мифологии армян богиня, дочь верховного божества Арамазда.

Нарты, герои древних эпических сказаний многих кавказских народов. Могучие воины- богатыри.
Нарцвы, в абхазской мифологии потусторонний, загробный мир. Препятствует переходу в Нарцвы враждебная человеку кошка, смазывающая мост маслом; помогает душе человека собака, которая слизывает его языком.
Насрен- Жаче, в эпосе адыгов глава нартов.



Очокочи, в мифологии грузин лесное божество; лишен дара речи, но звуки его голоса наводят на людей панический ужас. У него на груди отросток. Напоминающий заточенный топор, которым он рассекает надвое своих противников. Убитый человеком Очокочи оживает после второго выстрела.
Ошхамахо, в мифологии адыгов гора (Эльбрус), местопребывание богов.



Паскунджи, в мифологии грузин драконообразная птица, отличающаяся силой и прожорливостью. Ее крылья наделены магическими свойствами. Прикосновение пера паскунджи излечивает раны.
Пахапан Хрештак, в армянской мифологии ангел-хранитель. По поверьям, два ангела-хранителя сопровождают человека с момента его рождения: один охраняет душу, другой – тело человека. Сидящий на правом плече, записывает его хорошие поступки, на левом- плохие.

Псатха, в мифах адыгов бог души. Пребывает на небе. Возглавляет устраиваемый ежегодно на Ошхамахо пир богов. Вездесущ, способен воздействовать на природу- усмирять ураганы, бураны, бушующий океан. Ему в жертву приносили белую козу.
Псыхо-Гуаша, в мифологии адыгов хозяйка рек. Имеет облик красивой женщины с длинными волосами. Иногда вступает в интимные отношения с мужчинами.
Пшишан, в мифах адыгов божество- покровитель скотоводства.



Раши, в мифологии грузин быстрые, всемогущие кони героев. Обычно крылаты, огнедышащи. Их молоко имеет целебные свойства.
Реком, в мифах осетин божество плодородия. В его честь в определенный день в году приносили в жертву баранов, быков, варили пиво и устраивали пир, на котором могли присутствовать только мужчины.
Рикирал Дак, в мифологии лакцев и дидойцев (чалхулчи) злой лесной дух антропоморфного облика, из груди которого торчит топор. Ему аналогичен кумыкский кылыч тёщ («саблегрудый») или темир тёш («железногрудый»). Он одноглаз; сожительствует с похищенными им женщинами, от этих связей рождаются одноглазые дети.
Рокапи, в мифологии грузин глава кудиани (см. Кудиани), которые приносят ему людские сердца. Наказанный богом, прикован к железному шесту. Он пытается освободиться, но когда это ему почти удается, на шест садится птичка, и шест снова уходит в землю.
Руимон, в мифологии осетин змеевидное чудовище. Рожден слепым, однако он может стать зрячим и уничтожить людей. Чтобы этого не случилось небесные духи поднимают его цепью на небо и разрубают на куски его тело и раздают их умершим, отчего последние снова молодеют и принимают тот возраст, в котором умерли.


Сау Бараджи Дзуар, в мифах осетин ангел, покровитель разбойников, черный всадник. Едет впереди разбойников и воров, идущих на разбой.
Сау Дзуар, в мифах осетин черный ангел, покровитель пшеница черного сорта.

Сахлис Ангелози, в мифологии грузин божество, покровитель семьи и супружеских отношений.
Села Сата, в мифологии ингушей дочь бога Селы, рожденная смертной женщиной. По поверьям, Села вскрыл могилу умершей молодой девушки и осквернил труп. После этого у нее родилась дочь. Нарт-орстхойцы назвали ее Села Сата («дочь Селы»).
Созереш, в мифах адыгов божество земледелия.

Сухасулу, луту, в мифах лакцев, аварцев, (кегилу), лезгин (квал), рутульцев (хварц), табасаранцев (хварс), цахуров (курчел) злой дух. Имеет облик старухи. Наваливается на спящего человека и душит его. Служит человеку, которому удалось схватить ее ожерелье.


Тарамы, в мифах ингушей и чеченцев невидимые духи-хранители. Каждый человек, по поверьям, имеет своего тарамы.
Тир, в армянской мифологии бог письменности, наук, искусств, считался также и проводником человеческих душ в подземное царство.
Ткаши-мапа, в мифах грузин лесная царица, владычица диких животных. По поверьям, она златовласая красавица, живущая в лесу. От нее зависит удача охотников. Вступает в тайную любовную связь с охотником; в случае разглашения тайны она насылает на своего избранника гибель.
Тлепш, в мифологии адыгов бог кузнечного ремесла.

Тутыр, в мифологии осетин властелин волков. По поверьям, чтобы наказать людей, насылает на их стада волков. Пастухи приносили ему в жертву козла.
Тушоли, в мифах ингушей и чеченцев богиня плодородия. Тушоли единственное у чеченцев и ингушей божество, имевшее изображение: деревянная или серебряная поясная скульптура женщины со слезой на щеке (по поверьям, слезы Тушоли были вызваны попыткой Ерд ее изнасиловать).
Тха, у адыгов верховное божество, создатель Вселенной.

Тхагаледж, в мифах адыгов бог плодородия и земледелия.

Тхаухуд, в мифах адыгов добрый дух в облике красивой женщины. Бескорыстно помогает героям.

Уаиг, в мифах осетин одноглазый великан. Приносит вред людям.

Уастырджи, в мифах осетин покровитель мужчин, путников и воинов. Изображается на белом коне, в белой бурке. Среди людей он появляется в облике нищего. Женщины боялись произносить имя Уастырджи и говорили о нем иносказательно «лагты дзуар»- «бог мужчин».
Уацилла, в осетинской мифологии бог-громовержец.

Уды, в мифах адыгов ведьмы, оборотни. Имеют облик уродливой старухи.

Умчар, верховный бог у табасаранцев в доисламский период.



Хуцау, в мифах осетин великий, единый бог, небожитель, невидим.



Цовинар, в армянской мифологии дух грозы. Грозная, гневная женщина, во время грозы скачущая на огненном коне в облаках.


Чассажи, в мифах лакцев хозяйка ветров. Покровительствует обездоленным, сиротам, беспощадна к лентяям. Для ее умилостивления вытапливают на огне сало жертвенного барана.


Эбелцан, в мифах табасаранцев богиня плодородия.



Акаба А.Х. Из мифологии абхазов. Сухуми, 1976.

Использованная литература.


Булатов А.О. Пережитки домонотеистических верований народов Дагестана в XIX –

нач. – XX века. Махачкала, 1990.

Далгат Б. Первобытная религия чеченцев. // Терский сборник Кн. II Владикавказ,


1893.




Дирр А.М. Божество охоты и охотничий язык у кавказцев // Сборник материалов для


описания местности и племен Кавказа. Тифлис, 1915.

Мифы народов мира. В 2-х частях. М., 1988.

Религиозные верования народов СССР. Т. 2 М.-Л., 1931.

Сефербеков Р.И. Традиционные религиозные представления табасаранцев. Махачкала,


2000.



1992




Халидова М.Р. Мифологический и исторический эпос народов Дагестана. Махачкала,



Чурин Г.Ф. Амулеты и талисманы кавказских народов. Махачкала, 1979.

Tags:

Эльза Мужухоева, 2009

Брестская крепость
Перед войной на границе, проходившей в 150 метрах от стен Брестской крепости, чувствовалась большая напряженность. Среди красноармейцев ходили слухи о возможности войны, но командиры эти разговоры пресекали. Высшее командование, видимо, не совсем верило, что немцы сейчас нарушат мирный договор и вероломно нападут на СССР. За день до начала войны, в субботу, 21 июня, над Брестской крепостью низко летал немецкий самолет-разведчик. Он сделал три круга. Наблюдатель, летевший в самолете, высунулся и погрозил кулаком красноармейцам, стоявшим у входа в казарму.

Горячий, как кипяток, Халид Цечоев не выдержал этого издевательства. Крепко выругавшись, навел винтовку на сидящего в самолете немца. На Цечоева сразу набросились и не дали выстрелить.

На рассвете следующего дня крепость была поднята на ноги страшным грохотом взрывов, гулом и рокотом. Град авиабомб обрушился на казармы, артиллерийский парк, стоянку машин, конюшни, складские помещения. Снаряды залетали прямо в окна, поражая спящих на койках красноармейцев. Бойцы выскакивали из зданий раздетыми, во дворе их настигал шквал артиллерийского, гранатометного и авиабомбового огня. Фашисты били по госпиталю, жилым домам, защитным валам. Взору выбежавшему вместе с другими бойцами Халида Цечоева предстала страшная картина: крики и плач бегущих к казармам женщин и детей, стоны раненных, масса убитых. И над всем этим адом кружили вражеские самолеты, осыпая еще живых своим смертоносным грузом. Халид вспомнил вчерашний самолет. Было ясно, что гитлеровцы тщательно рассчитали расстояние до целей, используя данные разведки, поэтому жертв в первые же минуты нападения было так много.

Люди стали укрываться в казематах. Халид поднял голову - летела новая волна бомбардировщиков. Один из самолетов отделился, низко опустился над крепостью и начал вести прицельный огонь по бегущим к укрытию женщинам с детьми. Халид остановился. На смену минутной растерянности пришла жгучая злоба против вероломно напавшего врага, убивающего беззащитных людей. Он вскинул винтовку, прицелился и выстрелил в летчика. Самолет дрогнул и снижаясь повернул на запад. Через минуту раздался взрыв. Это был один из первых фашистских бомбардировщиков, сбитых над крепостью.

Однако и сам Халид Цечоев был смертельно ранен. Когда товарищи подбежали к нему, чтобы унести в укрытие, он приподнял голову, посмотрел в сторону уже приближавшихся женщин с детьми и в последний раз улыбнулся. Он выполнил свой воинский и человеческий долг.



Брест



Первые дни войны

(Вспоминает ефрейтор 125 стрелкового полка Осман Ибрагимов)

Утро 22 июня. Десятки немецко-фашистских бомбардировщиков с жутким воев и ревом налетали на крепость и сбрасывали сотни авиабомб. Вслед за авиабомбами начали рваться снаряды и мины из множества стволов и минометов.

Света в казарме не было. Оказалось, об этом позаботились диверсанты. В первые минуты красноармейцев охватила растерянность. Люди выбегали из здания и попадали под авиабомбы, мины, снаряды, под ливень пулеметных и автоматных пуль. А в крепости все горело, полыхало, громыхало, ухало, гудело ...

Было светло от беспрестанных взрывов снарядов и кое-где нависших над крепостью осветительных ракет. В ряде мест над «кольцевыми казармами» поднимались громадные облака вишнево-красного и багрового дыма.

Возле крепостных Северных ворот ежеминутно рвались мины и снаряды. Они не давали бойцам возможности ни войти в крепость, ни выйти из нее. То же самое творилось и у ворот в Цитадель, Там и здесь вокруг казарм 125-го полка лежали тела убитых и раненых. Между ними метались и что-то кричали бойцы. Из комсоставских домов к нашим казармам бежали женщины с надрывающимися от крика детьми на руках. Навести порядок было некому. Но вскоре бойцы начали приходить в себя. Надо отметить, что большинство рот 125-го полка находилось вне зоны крепости. У самой границы наши бойцы вместе с саперным батальоном строили доты и другие оборонительные сооружения.

В первые минуты внезапного нападения врага и меня охватил страх. Хотелось бежать. Потом опомнился. Устыдился, побежал в помещение, где в пирамидах стояли наши винтовки. Тут же собралась группа бойцов. С трудом, протиснувшись к оружию, я схватил первую попавшуюся винтовку, скинул с себя майку, набрал в нее обойму патронов и выскочил во двор. Все это, как мне кажется, продолжалось не больше десяти-двадцати минут. Я принялся громко звать бойцов своего отделения к себе. Но никто не откликался.

Перед казармой стоял невообразимый шум и галдеж. Стонали и охали раненые, истерически кричали женщины, визжали и плакали обезумевшие от страха детишки. Но этот человеческий шум не смог заглушить неумолчный грохот, стоявший над крепостью. Я стал кричать по-ингушски:

- Эй, вайнахи! Ко мне! Становись!

Из толпы протиснулись ко мне трое. У всех в руках были винтовки.

- Чеченцы?

- Мы, двое, ингуши. Этот - чеченец.

- Становись за мной!

Кто были эти трое - не помню. Да и не до того было. Я снова стал звать людей своего отделения, в котором служил. И в этот момент к нам подбежал какой-то младший лейтенант в накинутом на плечи кителе, без фуражки. В руках у него поблескивал наган. Он зычно закричал:

- Стойте! Стойте, товарищи!.. Оставить панику!.. Спокойно! Слушай мою команду.

Вдруг он увидел стоявших за мной трех бойцов. Резко обратился ко мне:

- Как фамилия?

- Командир отделения ефрейтор Ибрагимов, товарищ младший лейтенант.

- Приказываю тебе командовать группой из любых бойцов. И обратившись к толпе, крикнул:

- А ну, живо! Становись.

Бойцы послушно стали строиться. Здесь же находились бойцы и моего отделения.

- Быстро! Быстро! Живей! - торопил младший лейтенант. Потом обратился ко мне:

- Товарищ ефрейтор, видишь валы возле Северо-Западных ворот -слева, к западу?

- Так точно!

- Немцы их захватили. Надо их оттуда выбить и занять там позицию. Держись, пока подмогу пришлю!

- Есть! - ответил я. Младший лейтенант обернулся и, тряся наганом, закричал:

- Живей! Живей! Равняйсь!


И удивительное дело, за минуту до этого люди, метавшиеся по двору, не зная куда спрятать себя, почувствовав командирскую руку, теперь один за другим пристраивались к выстроенным мной трем бойцам. И еще удивительнее было: в строй с вооруженными становились и безоружные.

- Веди! Что есть духу! Бегом - крикнул младший лейтенант и принялся строить новые группы. В двух шеренгах у меня стояло человек тридцать.

- Группа... Напра-во! За мной бегом!

Держа в одной руке майку с патронами, а в другой - винтовку, я изо всех сил побежал к валам. Люди бежали за мной, доверив свои жизни неизвестному командиру, вся одежда которого состояла из черных трусов. Надо было бы соединить ряды. Но я не догадался это сделать сразу, и бойцы бежали за мной двумя длинными цепочками. К восточным валам бежали другие бойцы просто толпой, без строя. Позади пылали комсоставские дома. Еще дальше, у Восточного форта, горело сено, и занялись огнем конюшни конной разведки. Воспользовавшись охватившей бойцов гарнизона в начале неожиданного нападения растерянностью, немцы заняли высокие, почти десятиметровые валы западной части Кобринского укрепрайона. Отчасти заняли валы и у Северных ворот, выводивших в город. По всей длине валов, и особенно в крайней западной части Кобринского укрепления, стоял сплошной ружейно-автоматный и пулеметный треск. Казалось, десятки озорных ребят забрались на крышу дома и изо всех сил колотили палками по железной кровле. А над Цитаделью по-прежнему стоял грозный снарядо-бомбовый гул. Только мы успели пересечь дорожку, ведущую к Северо-Западным воротам Кобринского укрепления, как по нам полоснули очереди автоматов.

- Ложись!

Люди залегли. Оглядел валы. Метрах в 150 замечалось движение.

- Противник на западном валу... Отделение, огонь!

Бойцы мои и я вместе с ними открыли частую пальбу по залегшему противнику. Вдруг справа от подковообразного форта вспыхнуло дружное «Ура». Оно перекатилось к нам. Совсем близко от нас, словно из-под земли, поднялись десятки красноармейцев, тоже полураздетые, как и в моей группе. С громким «Ура!» они кинулись к валам. Не успел я подать команду, как мои бойцы сами поднялись и тоже с дружным «Ура» побежали к валам. Я только успел запоздало крикнуть:

- Вперед, ребята!

Самое страшное было добежать до валов по ровной, открытой площади. Противник обрушил на нас ливень свинца. Не обращая внимания на падающих, мои люди добежали до валов. Сторона, обращенная к нам, была пологой. Стреляя на ходу, бойцы вмиг вбежали на гребень вала.

С другой стороны валы круто обрывались в обводный канал. Мало перебралось гитлеровцев на другой берег. Наши заняли валы и в восточной части Кобринского укрепления. В то же время на территорию Кобринского укрепления от госграницы отступила группа пограничников человек 50-60. Они до последней возможности бились на границе, потеряли убитыми более половины людей и отступили в крепость только тогда, когда нечем было уже отбиваться - кончились боеприпасы. Надо сказать, что в этот и в последующие дни у борющихся групп было мало организованного взаимодействия. Каждый боец на своем участке, который занимал по своему усмотрению, яростно дрался. Но потом наметились связи и взаимодействие.

Младший лейтенант в сером кителе, как обещал, прислал мне подмогу, а часам к семи пришел и сам, чтобы непосредственно руководить боем. Он собрал бойцов, поговорил с ними и тут же определил места обороны. Сражение на валах, как в западной, так и восточной части Кобринского укрепления длилось часов до 10-11 утра. Затишье наступило в 12 часов. До этого наша группа под командованием младшего лейтенанта отбила три яростные атаки врага. Было много убитых и раненых. Но потери немцев были намного больше. Везде на подступах к валам лежали трупы немцев в куцых зеленых мундирах.

В два часа ночи 23 июня младший лейтенант дал мне задание скрытно проползти со своим отделением к зданию клуба 125-го полка и устроить там засаду немецким разведчикам, просачивающимся из западного угла Кобринского укрепления. Моей группе, состоявшей из 20 человек, он придал пулеметчика 2-ой роты 1-го батальона Махринева. Мы поползли к зданию клуба. Махринев, ползший сзади с ручным пулеметом, заметил правее от нас какие-то темные силуэты. Разобраться, кто это, было трудно.

По моей команде, переданной шепотом, бойцы отделения затаились. Через несколько минут все стало ясно: немцы шли прямо к зданию клуба, которое в то время никем не было занято. Дав им возможность подойти совсем близко, бойцы дружно открыли винтовочный и пулеметный огонь. Ни один из фашистов, а их оказалось одиннадцать человек, не ушел. Мы потерь не понесли.


Но затишье установилось не надолго. Со стороны находившегося в руках немцев западного вала поднялась большая группа гитлеровцев и пошла в наступление к зданию клуба. Это было на рассвете. С вала по ним открыли губительный огонь. Мы прицельно били по наступающим. Через несколько минут немцы залегли, но вскоре отступили назад. Однако и положение моего отделения было нелегким: убиты четыре бойца и ранены трое. Если бы не пришел на помощь младший лейтенант, дело мое могло стать еще хуже. До самого утра с немцами сражались еще две группы - Усурбаева и Кумскова. Они тоже понесли потери.

После полудня 23 июня через Северные ворота Кобринского укрепления ворвались немецкие танки. Они, видно, имели намерение пробиться в Цитадель. Мы открыли по ним стрельбу из винтовок и автоматов, но для них это было все равно что камушки. По приказанию младшего лейтенанта быстро приготовили связки гранат и послали двух добровольцев из группы Кумскова с задачей закидать ими вражеские танки.

Один из бойцов, улучив момент, подбежал к фашистскому танку и метко бросил связку. Танк загорелся. Выскакивающих из танка членов экипажа тут же укладывали выстрелами. Другие два танка повернули назад. Потом из орудий Цитадели были подбиты еще один или два танка. Но этих танков я не видел.

Из Цитадели доносились звуки ожесточенного боя, но, что там делалось, мы не знали. Совсем близко от нас, за стенами «кольцевых казарм», сражались батальоны 44-го и 155-го полков 42-й дивизии. Со второго дня боев раненых относили в подвалы, вернее, в каземат, и уже оказывали им кое-какую помощь.

И здесь надо вспомнить о героинях - женах командиров. Неизмеримо было их горе. Многие из них потеряли детей и мужей. У многих детишки умирали от жажды и голода тут же, на глазах. Но женщины меньше всего думали о себе, о своем горе. Они всю душу отдавали раненым. И если было бы в моих силах, я у этих подвалов Бреста поставил бы им памятник. Поручил бы выгравировать надпись: «Здесь русские женщины показали, какое огромное мужество и океан любви к людям таятся в их сердцах».


... Мы ужасно страдали от жажды. Добывать фляжку воды приходилось с риском для жизни. Лица бойцов от сильной жажды высохли и пожелтели. Вскоре наш младший лейтенант был тяжело ранен. Его отнесли в подвал. Я перешел в подчинение к Урусбаеву.

Слышали мы, что на восточных валах и в форте боевыми действиями руководит командир 44-го полка майор Гаврилов, составивший сводный отряд из бойцов разных частей. Отряд и штаб его находились в подковообразном Восточном форте, где до войны располагался отдельный зенитно-артиллерийский дивизион.

С самого раннего утра 24 июня немцы открыли по нашим позициям на валах ураганный огонь из орудий всех калибров и минометов. Часа через два они большими массами пошли в атаку и оттеснили нас от некоторых, сохранившихся еще в целости, казарменных зданий 125-го полка, потом отбросили нас к комсоставским домам (их было до пятнадцати), часть из них пожар уничтожил уже в первый день. Оставшимся в живых бойцам 125-го полка пришлось занимать эти уцелевшие дома и вести оборону из них.

В конце концов, занятый нами дом, немцы окружали. Мы переходили в следующий дом или занимали верхний этаж и оборонялись оттуда. Немцы предлагали нам сдаться. Мы отвечали выстрелами. Тогда гитлеровцы отходили и обстреливали дома из пушек прямой наводкой. Падающие стены заваливали людей. Если на валах люди кое-как еще могли достать глоток воды, то здесь этой возможности не было. И бойцы от жажды теряли силы, не могли даже двигаться. И все же бились с врагом из последних сил. По ночам немцы боялись оставаться у осажденных домов и отходили. Мы спускались на нижний этаж, так как рано утром начиналась авиабомбежка. Иногда, если дом уже был сильно разрушен, мы переходили в другой, более целый. Но силы наши с каждым днем таяли. Добывать боеприпасы стало совсем невозможно.

Фашистскому командованию не удалось полностью осуществить поставленную перед своими войсками задачу: красноармейские полки не сдались, и крепость не подняла белый флаг. Привыкшие к легким победам на Западе, гитлеровцы приходили в бешенство: какая-то ветхая старушка-крепость - и такое сопротивление! И они засыпали нас тоннами стали и свинца. Потом принимались по радио «ласково», будто шаловливых детей, увещевать бойцов сдаться. Сбрасывали с самолетов тучи листовок, в которых уговаривали защитников крепости бросить бесполезное сопротивление. Даже пытались льстить: «Вы же храбрые герои, зачем понапрасну губите себя?».

На третий или четвертый день немцы в листовках писали, что они уже заняли Минск. Но кто же тогда мог поверить тому, что за несколько дней они пройдут по нашей земле триста километров! Мы этому не верили и ждали помощи. А это оказалось горькой правдой. И тем более достойны глубокого уважения павшие герои Бреста! Они верили в нашу победу и гибли с этой верой.



Описание_фотографии




Вызывая огонь на себя

Первые дни войны были незабываемы для всех участников обороны. 333 полк, в котором, в основном, служили наши земляки, героически отбивал беспрерывные атаки вражеских солдат, танков, стремившихся захватить Цитадель. Бойцы защищались винтовками, автоматами и ручными гранатами. Вся артиллерия, стоявшая около здания бывшей гарнизонной церкви, а также за казармами 333 полка, была в первые же минуты нападения фашистов разбита авиабомбами немецких бомбардировщиков, тучами налетавших на крепость. Были сразу разбиты и четыре пушки. В первый же день верхние этажи казармы пришлось покинуть, так как немецкие снаряды залетали прямо в окна. Все защитники спустились в подвал под зданием и вели оборону оттуда. Подвал имел много окон, выходивших во все стороны двора крепости. Это позволило вести огонь в любом направлении. Фундамент казармы был сложен из крепчайшего гранита.

В полку земляков из нашей республики было больше сотни. Боевыми действиями 333 полка руководил старший лейтенант Потапов. Главная задача полка состояла в том, чтобы не пропустить врагов вовнутрь крепости через Тереспольские ворота, находившиеся рядом с казармой. Но часть немцев, все же в крепость прорвалась и заняла здание бывшей церкви, откуда вела круговой обстрел. Однако им бойцы начисто отрезали обратную дорогу. Фашисты защищались в церкви, со всех сторон окруженные красноармейцами. А сама крепость была окружена немецкими солдатами.

Через несколько дней стало ясно, что ждать помощи извне бесполезно. Сидеть же в осажденной крепости, в то время как самолеты и артиллерия могли подвергнуть огню любую в ней точку, было крайне опасно. Поэтому, уже начиная с 25 июня, делаются попытки вырваться из окружения.

Старший лейтенант Потапов в ночь с 24 на 25 июня повел бойцов 333 полка на прорыв. Отряд с боем добрался до Кобринских ворот. Самое сложное предстояло здесь. Необходимо было проскочить по мосту, бдительно охраняемому фашистами. Старший лейтенант разбил отряд на 3 группы. Одна из них состояла из бойцов с автоматами и ручными пулеметами. Им следовало» вызвав огонь на себя, обеспечить прорыв двух других групп.

Большинство наших земляков попало именно в группу пулеметчиков, и все они прекрасно сознавали, что шансов остаться в живых - у них практически нет. По команде лейтенанта Потапова бойцы вступили в неравную схватку с врагом. Фашисты открыли ожесточенный огонь, который буквально косил красноармейцев. Много героев осталось лежать на мосту и среди них десятки ингушей, ценою своих жизней обеспечивших общий прорыв осажденных. История донесла до нас лишь одно имя - выходца из с. Кантышева Магомеда Азиева, который одним из первых пошел на врага, увлекая своим героическим примером товарищей.



Брест




"Священная война"

В крепости остались те, кто решил сражаться здесь, до последнего дыхания. Враг вынужден был признать: «Русские в центральной крепости города продолжали оказывать отчаянное сопротивление. Мы захватили все внешние оборонительные сооружения, но приходилось пробираться ползком, ибо вражеские снайперы били без промаха. Русские отвергли все предложения о капитуляции и прекращении бесполезного сопротивления. Несколько попыток подкрасться к крепости и завладеть ею штурмом закончились неудачей. Мертвые солдаты в серо-зеленых мундирах, усеявшие пространство перед крепостью, были красноречивым тому свидетельством... Русские сражались до последней минуты и до последнего человека».

Через громкоговорители немцы каждый день предлагали сдаться. Но никому из красноармейцев не приходила в голову мысль о сдаче в плен, хотя силы таяли с каждым днем. Бойцы поднимали в казармах тяжелые плиты и прятали документы, фотографии.

Среди тех, кто остался защищать крепость вместе с майором Гавриловым, также было много наших земляков. Сидели они у окон, находившихся на стороне казармы 333 полка, обращенной к Тереспольским воротам. Держали между собой связь. По ночам перекрикивались, сообщали, кто убит в соседних отсеках, чтобы выжившие передали родным весть о гибели их сородича.

В первые дни бойцы никак не могли поверить, что Красная армия отступила так далеко. Надеялись, что это всего лишь локальный конфликт на этом участке границы. Однако прошло еще несколько дней боев и стало ясно, что идет война и наши войска с тяжелыми потерями отступают на восток. Стал вопрос, как действовать дальше. И было решено объявить Гитлеру газават, а погибших считать павшими в священной войне.

Многим из бойцов не суждено было узнать, что у них на Родине, в далекой Чечено-Ингушетии старики также решили приравнять войну с гитлеровцами к священной войне. Не всем суждено было услышать и призывной набат песни:

«Пусть ярость благородная вскипает, как волна,

Идет война народная, священная война»

Отрезанные от внешнего мира, защитники Бреста духовно были едины со своей Родиной, со всем советским народом. Исчезли национальные и религиозные различия. Были только бойцы - защитники крепости, готовые отдать жизни во имя независимости Родины. Не было мысли о том, что тебя могут убить, ранить, искалечить, не было чувства страха. Было необычайное напряжение всех человеческих сил для отражения врага.

И с тех пор в разных концах крепости в тишине ночи слышалось грустное и торжественное пение отходной молитвы «Ясин» по всем погибшим в священной войне за Родину. Эта молитва в ночной тишине была и знаком того, что бойцы готовятся к смертному бою. Она была призывом не сгибаться перед страшным испытанием, ниспосланным судьбой.



Брест




Крепче брони

К концу июня в крепости оставались лишь отдельные группы бойцов, укрывавшиеся в казематах и подвалах. Они продолжали вести огонь по противнику. С трепещущим сердцем озирались немецкие солдаты на зияющие мрачной чернотой входы в казематы. Из развалин, хаоса нагроможденных обломков хлопали выстрелы. Подавить огневые точки красноармейцев не удавалось. И тогда фашисты стали бросать против одиночных защитников, засевших в подвалах, танки.

Навстречу бронированной машине поднимался боец со связкой гранат, чтобы ценою своей жизни спасти товарищей.

Рассказывает защитник Бреста Александр Павлович Сопиков:

«Был у меня друг Махмет Арсеноев. Помню его лицо с рубцами от ожогов. Он был лихим, неудержимым, жизнерадостным человеком. Очень любил стихи. Мы договорились, что после войны непременно отпразднуем победу и на его родине в селе Экажево Назрановского района Чечено-Ингушии, и у меня в Алма-Ате....

Наши части сражались с противником в несколько раз превосходящим нас числом. Чудом оставались живыми после очередной неистовой бомбежки, ежечасно отбивали атаки гитлеровцев, а когда кончились патроны - сходились в рукопашную. И тогда я поверил в мудрые народные слова – «…не бойся смерти, тогда наверняка победишь». Да и жизнь показала, что трусы погибали чаще потому, что оказывались не во власти разума, а инстинкта. В бою животный инстинкт самосохранения - ненадежный защитник.

В дни войны и в дни мира, в бою и труде люди, идущие навстречу трудностям, счастливее тех, кто прячется позади. Человек, простоявший у подножья горы и не рискнувший сделать шаг вперед, не поймет счастья того, кто, преодолев подъем, доберется до вершины.

Громадный танк со свастикой на башне шел на наши казармы. Плотно прижавшись к земле, Махмет Арсеноев вел огонь по смотровым щелям. Однако танк оставался неуязвимым, и расстояние до нас с каждой секундой сокращалось. Сто, пятьдесят, тридцать, десять метров... Еще минута - и тяжелые гусеницы...

И тогда навстречу танку быстро метнулся Арсеноев. В руках он держал по связке гранат. Последовала пулеметная очередь, вторая, третья. Но Махмет находился в так называемой мертвой зоне, пули свистели над его головой.

Бронированная махина ринулась на храбреца. Тот метнулся в сторону. Танк открыл огонь. Тогда Арсеноев бросился под танк. Минута была критическая. На одной гусенице танк развернулся на месте. Но Арсеноев оказался сзади него.

Развернув башню, гитлеровцы выстрелили из пушки перед танком в землю, рассчитывая, что от снаряда смельчак не уцелеет. Махмета тряхнуло, присыпало землей, однако самообладания он не потерял. Одну за другой бросил он связки гранат. От бронированного чудовища повалил густой дым... Когда товарищи сняли с героя каску, увидели, что голова его стала седой».



Брест




И снова в Бресте

Летом 1944 года во время мощного наступления советских войск Брест был освобожден. 28 июля 1944 года советские войска вошли в крепость. В составе 101 дивизиона PC 306 гвардейского минометного полка моряков освобождал бессмертную крепость и Сергей Михайлович Протасов.

После того, как город Брест и крепость были взяты, получив разрешение командира, он прошел к месту, где когда-то в суровом 1941 году стоял славный 333 полк. От казармы сохранился лишь полуразрушенный первый этаж. Огонь не смог его уничтожить. Осмотрел подвалы здания, где однополчане вели оборону и стояли насмерть. Не было вовсе здания 9-й погранзаставы. Только одни руины. Вся крепость была в руинах. Везде высились горы битого кирпича, гранита, бетона, искореженного железа.

Между руинами, по закоулкам, по берегам Буга и Мухавца молчаливо ходили солдаты, смотрели на изрешеченные тысячами пуль, изрытые снарядами и минами стены «кольцевых казарм».

Рядом остановился довольно пожилой небольшого роста военный в кителе майора. Протасов отдал ему честь. Майор как бы отмахнулся:

- А я смотрю на вас, товарищ сержант, и думаю: «Наверно, эта крепость вам знакома».

- Так точно, товарищ майор. Служил здесь.

- Война здесь застала?

- Так точно, здесь, товарищ майор.

Служил я в 333 стрелковом полку. Учился в полковой школе на минометчика.

- Так, так... Славный боевой был полк. Я служил здесь в 455-м... А на какой день удалось вырваться отсюда?

- В ночь на 25 июня.

- Что ж, хлебнули, значит, горюшка. А я на десятый день. На Берлин пойдем, товарищ сержант?

- На Берлин, товарищ майор.

- Счастливо дойти, - сказал майор, взяв руку под козырек.

Сержант щелкнул каблуками, пружинисто отдал честь и весело крикнул:

- Служу Советскому Союзу!

Вскоре сержанту Протасову пришлось участвовать в освобождении Варшавы и Кракова, во взятии Берлина. В Германии он встретился с родным братом Николаем, которого оставил дома совсем мальчишкой. Он тоже прошел по трудным фронтовым дорогам.

Безмерна была радость родителей, когда братья живые и невредимые, увешанные многочисленными наградами вернулись в родную ст. Карабулакскую .


Не обо всех защитниках Крепости-Героя рассказано в наших очерках. Здесь погибли Бахмурзиев Х.Ю., Булгучев A.M., Булгучев Б.С, из с. Верхние Ачалуки, Эсмурзиев С. из с. Средние Ачалуки, Досхоев М.И. из с. Кескем, Мурзабеков Ю.А. из с. Яндаре, Дуров М.С. из с. Длинная Долина и другие.

Некоторым нашим землякам удалось вырваться из окруженной крепости. Часть из них присоединилась к отступавшим войскам Красной армии. Другие приняли участие в партизанском движении, развернувшемся на оккупированной территории. Так, в районе г. Высоко-Литовска в составе партизанского отряда им. А. Шерипова громил врага У. Газиков.


Немногие защитники Бреста дожили до Великой Победы. Мало кто получил заслуженные награды. Многие герои остались безвестными.



Брест



Назовем имена тех, участие которых в обороне Крепости засвидетельствовано:


1. Азиев Магомед

2. Акиев Хаджи-Бекар Алиевич

3. Акиев Курейш Усманович

4. Акиев Махмуд

5. Алероев Салман Тимаевич

6. Анарчев Василий Федорович

7. Арсеноев Магомед Асланбекович

8. Астемиров Магомед

9. Бакаев Хаджи-Бекар Хаджи-Алиевич

10. Балюков Петр Савельевич

11. Балаев Хусейн Балатович

12. Балаев Нагай

13. Барханоев Уматгирей Артаганович

14. Бахмурзаев Хамзат Хамзат-Ютиевич

15. Борисенко А.П.

16. Бородаев Василий Иванович

17. Булгучев Азии Машкоевич

18. Булгучев Башир Саодович

19. Васильченко Степан

20. Вельхиев Раис

21 Газиков Умар

22. Галаев Магомед

23. Гончаров И.В.

24. Дзарахов Магомед

25. Дзарахов Закре

26. Дзарахов Магомед-Гирей

27. Джанхотов Магомед

28. Дементьев М.И.

29. Дидорин Ф.К.

30. Досхоев Магомед-Гирей Исламович

31. Евлоев Султан Бунахоевич

32. Евлоев Мухажир Хадисович

33. Жигалкин В.Н,

34. Ибрагимов Осман

35. Имагожев Хал ид

36. Ирченко Алексей Селиверстович

37. Керейтова М.О.

38. Коломцев Семен Трофимович

39. Комаров В.К.

40. Коурпукаев Б.М.

41. Кулебяшкин Александр Иванович

42. Латыров Алаудин Хамзатович

43. Ляшко М.М.

44. Магомадов Яхья

45. Мальсагов Махмуд

46. Маренко Иван Иванович

47. Матиев Магомед-Гирей

48. Махадов Б.

49. Мачульский А.А.

50. Машенцов С.

51. Медов Ш.М.

52. Мерешков Хусен Салангиреевич

53. Мишелев С.Т.

54. Мурзабеков Юсуп Абдурахманович

55. Орлов Дмитрий Логвинович

56. Нартов А.В.

57. Нестеренко К.М.

58. Никитин Павел Алексеевич

59. Плиев Сафарбек Лорсаевич

60. Петько СИ.

61. Пешхоев Ваха Датиевич

62. Покусаев Иван Ефимович

63. Попов Антон Данилович

64. Протасов Сергей Михайлович

65. Сагов Иса Юсиевич

66. Сагов Хасан

67. Соломин Леонид Иосифович

68. Точиев Курейш

69. Торшхоев

70. Тутаев Абдурахман

71. Устарханов Али

72. Умаров Tana

73. Хачароев Ширвани

74. Хашакиев Абдурахман Солсабекович

75. Хулахаев Осман

76. Цечоев Халит Дотиевич

77. Цицкиев Осман

78. Цороев Идрис

79. Цороев Абдулла

80. Цуров Магомед Сафарбекович

81. Чапанов Султан

82. Чапанов Сейдал

83. Чергизов Макшарип Абдурзакович

84. Шаповалов Ф.Ф.

85. Шаханов Я.Т.

86. Элисханов Исраил Мустапаевич

87. Эдильсултанов А.Э.

88. Эсмурзиев Султан

89. Якубов Р.Г.


Исторические фотографии Брестской крепости в период Великой Отечественной Войны снятые гитлеровцами. Некоторые снимки были размещены на интернет-аукционах (с водяными знаками на фото)
mendeleev
Фото из архива Дакиева М. "Великий русский химик Д.И. Менделеев у Фуртоугского водопада 1886 г."



В мае 1886 г. с целью проведения геологической разведки горную Ингушетию посетил великий русский химик Д. И. Менделеев, который был поражён красотой и величием кавказских пейзажей, и отмечал, что Северный Кавказ по богатству природных ресурсов не уступает горному Алтаю и Уралу.

Profile

lahan_barho
lahan_barho

Latest Month

August 2013
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel